.АЯ библиотека!

Учебная

Главная Знание - Сила Учебная Двенадцать экзаменационных сочинений медалистов г. Омска и Омской области

Двенадцать экзаменационных сочинений медалистов г. Омска и Омской области - Анна Неучева (школа-гимназия 140) ЧТО МНЕ ОТКРЫЛОСЬ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ МИРЕ М. БУЛГАКОВА И А. ПЛАТОНОВА

***

Министерство образования Российской федерации Омский институт повышения квалификации работников образованияАнна Неучева (школа-гимназия 140)
ЧТО МНЕ ОТКРЫЛОСЬ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ МИРЕ М. БУЛГАКОВА И А. ПЛАТОНОВА

Мир Булгакова и Платонова... Как долго он был закрыт для нас! А теперь мы открываем его. Открываем как некую величественную сокровенную тайну, «прячущую» в себе весь смысл бытия.
«Белая гвардия» - первое прочитанное мной произведение Булгакова.
«Белая гвардия» передает состояние эпохи, разрушенное, потерянное, «распластанное», греховное. И вместе с тем пронзительнейший мотив очищения присутствует в повествовании, сливаясь, с тончайшим лирическим началом.

В центре повествования - путь, скитания, мытарства семьи Турбиных, семьи, поддерживающей Белое движение. Уже в начале повествования разыгрывается трагедия - умирает мать. Она завещала: «Дружно... живите». «Но как жить? Как же жить?» «Жизнь-то им перебило на самом рассвете. Им придется мучиться и умирать».

Турбины живут в напряженнейшее и в страшнейшее для России время - время революций, потрясений, величайших «окаянных дней».

Мотив трагедии России переплетается с мотивом страшного надвигающегося будущего эта «мысль о страшном и суетном электрическом будущем человечества... где неустанно мотающие свои отчаянные колеса машины до корня расшатывают самое основание земли, « пронизывают все произведение.

Но только ли Безысходен конец? Осталась ли хоть капля тепла и любви, надежды и просветления? Безусловно. Турбины, эти пережившие столько горя и страдания люди, сохраняют до конца священный огонь любви, сострадания.
«Крест превратился в угрожающий острый меч. Но он не страшен. Все пройдет. Страдания, муки, голод и мор. « Пройдет потому, что в этих неисчислимых страданиях, муках, потерях должно произойти очищение и просветление, воскресение души. «Очистительное таинство скрыто Творцом в замысле трагедии» (М. Волошин). В этом высшая идея произведения.

Роман «Мастер и Маргарита» - центральное произведение творчества Булгакова.

Если в «Белой гвардии» активно выступает лирическое начало, то «Мастер и Маргарита» - ритмическая проза. Ритм придает повествованию мерное спокойное звучание даже в моменты наивысшего напряжения (глава «Казнь»).

В романе отчетливо прослеживаются три пласта повествования: уровень Мастера, евангельские мотивы и уровень дьявола, Сатаны.

Зло разгулялось, разошлось по миру, оно безраздельно властвует над миром, искушает мир. «Выпросил у Бога светлую Русь. Сатана», хочет показать Богу, что зло победило в мире и не за что зацепиться в душе человека.

В большей степени в романе выражено не идеологическое, политическое начало, а бытийное. Раскрыто бытие людей, вернее, их небытие. Мир погрузился во мрак зла, бездуховности, безверия, а потому так легко поддается искушениям Сатаны. (Сцена представления Роланда и его свиты в театре). Это мир в потерянном, греховном состоянии, мир абсурда, парадоксов, инфернальщины. Даже Маргарита несет в себе это дьявольское начало, хотя оно соединено с жертвенностью, готовностью на все ради мастера.

Мир мастера чрезвычайно светел, потому что несет в себе истину. И хотя этот мир хрупок и тонок, он может противостоять злу. Зло, видя в человеке духовное сопротивление при внешней слабости, неприспособленности к материальному миру, бессильно что-либо ему сделать, причинить.

Евангельские мотивы обозначены всего несколькими главками, описание современности неожиданно переключается на описание мира, существовавшего много веков назад. Но и этот мир абсурден и жесток. Неужели ничего не изменилось за несколько веков? Неужели люди такими и остались - бездушными, жестокими, бесчеловечными?

Сатана, видя это, на время поселяется в мире, чтобы показать Богу (и здесь Сатана как бы искушает Бога), что люди, которые созданы Богом, находятся как тысячи лет назад, в таком состоянии, что не готовы к пришествию Христа и могут повторить то преступление, которое уже было совершено.

Тогда зачем шел Христос на землю, страдал за людей?

Неужели мир в своем неверии и пороках, обречен?

Нет. Истина еще существует на земле. Тот «дух святой», дух живой и нетленный, еще живет в душе Мастера, еще теплится в душе Иванушки, который нашел «путь истинный».

А мир жив именно этим. А мир движется этим. И мир не остановится и не разрушится, пока будет живо это. И всегда и везде этому греховному и абсурдному миру будет помниться вечный мотив пришествия Христа на землю и то, что он страдал за людей.

Мир Андрея Платонова также загадочен и труднодоступен. Читая Платонова, нужно пройти через преодоление формы, то есть через преодоление платонического стиля, такого необычного, нового, но такого свежего, органичного. «Обнажившееся сердце» - чисто платоновская метафора. Он как бы прикасался к своим героям этим «обнажившимся» сердцем, а потому так эмоционально насыщена его проза, насыщена предельностью сопереживания и соучастия.

Мир Платонова - скитальческий, страннический, ищущий и саже какой-то обреченный. «Главным признаком новой эры... наметилось движение, овладение пространством» (Петров-Водкин). И голос Платонова в этом мире - слегка приглушенный, сдержанный, «утомленно-печальный», задумчивый, размышляющий. Писал он «тихо», вслушиваясь не в звучание фразы, а в сложную мелодию этого сложного и непонятного мира, этого скитальческого и страдающего, думающего и тоскующего мира. Это какой-то забытый мир, одинокий, сиротливый.

Чевенгур - город Будущего. Сначала «... выла степь и люди, идущие своего существования вдалеке; дорога им дальняя, а из родного дома они ничего, кроме своего тепла не берут». Но вот «... произошел Чевенгур: в нем собралось население. Прохожие рабочие ушли, а город остался, надеясь на бога». И вот уже «путей нету - люди доехали». Таково происхождение Чевенгура, который являет совой сообщество, содружество людей, то есть коммуну.

Чепурной, главный человек» в Чевенгуре, говорит Коленкину, «странствующему комиссару»: «Будешь себе внутренне жить! У нас в Чевенгуре хорошо - мы мобилизовали солнце на вечную работу, а общество распустили навсегда!.. Главная профессия в Чевенгуре - душа».
«Занятия людей необязательны», ибо «труд объявлялся пережитком жадности». А потом «коммунизм был объявлен странствием» и Чевенгур «снят с вечной оседлости».

И все же нет в людях» уверенности, что строят они то, что задумали. «Чевенгур затих и начал бояться - взойдет ли солнце утром и наступит ли утро когда-нибудь». Какое важнейшее прозрение Платонова! Жизнь постепенно увядает, умирает, а не угаснет ли она совсем? «Жизнь отрешилась от этого места и ушла умирать в степной бурьян». «Ушла умирать»... Значит, все-таки, мир безысходен, обречен?
«Множества бледных травинок продирается сквозь землю». Значит, жизнь идет, продолжается, «пробивается» такая нежная, такая хрупкая, такая беззащитная.

Захар Павлович - одно из главных действующих лиц романа «Чевенгур». Он - мастер, изобретатель. Он идет в город, чтобы обратить свое умение в дело. А в городе «дома, как закрытые гробы», а город наполнен техникой, механизмами. Сначала Захар Павлович «сливается» с ним, чувствуя тепло и душу машин», но, однажды, увидев у железной дороги одинокого мальчика с котомкой, он «с чего—то усомнился в драгоценности машин и изделий» и «не чувствовал больше уважения к паровозам». «Рыбак утонул в озере Мутево, бобыль умер в лесу, пустое село заросло кущами трав, но зато шли часы церковного сторожа, ходили поезда по расписанию - и было теперь Захару Павловичу скучно и стыдно от правильных действий часов и поездов».

Человеческая жизнь идет, люди живут и умирают, обращаясь в земной прах, забывая прошлое, не понимая и не «чувствуя» смысла настоящего и будущего. А техника, железная техника века стоит и будет стоять. Она никогда не знает поломок, она - «идол века». И снова глубинное, метафоричное сознание Платонова! Происходит наполнение человеческого мира чем-то нечеловеческим, противоестественным. Это передано состояние эпохи - разброд, скитания людей и в то же время наполнение мира техникой, вечной техникой. Не человек вечен, а техника. Платонов смутно чувствует опасность этого.

Герои «Котлована» - тоже скитальцы, ищущие свое место в мире. Пренебрежение к собственной жизни, забвение себя порождает равнодушие и отчуждение между людьми. («Ты кончился, Сафронов! Ну и что?.. Ты вполне можешь не существовать»). На таких же отношениях строится и коммуна в Чевенгуре.

Герои ищут, «пытают» истину. Вощев, Чиклин, Сафронов пытаются достигнуть смысла мира, бытия. Они роют котлован. Если в «Чевенгуре» освоение действительности пространственное («движение - неотложный признак коммунизма»), то в «Котловане» происходит углубление, опускание, погружение в ад, в круги ада, что порождает отчуждение, разъединение людей, при внешней их сплоченности, собранности. «Каждый мечтал вырваться отсюда и найти свое счастье».

Прочтение обоих произведений - романа «Чевенгур» и повести «Котлован» - рождает ощущение трагичного конца мира.

Мир Платонова - это кочующий мир, мир в странствии, искании, движении. Но обретет ли он то, что ищет?..

Мир Платонова и мир Булгакова тесно переплетены. Они являют состояние и нашей жизни, действительности.

Наш мир - это вечный спор Добра и Зла. Зло никогда не победит Добро. Так говорит Булгаков, а Платонов добавляет, что мир до того не найдет истины, пока не найдет дорогу к Добру, дорогу эту нужно искать в собственном мире, собственной душе, которые нужно беречь от опустошения.

Мир Булгакова и Платонова о многом заставляет задуматься: о человеке, о его душе. Это мир раздумий, исканий. Человек должен найти в этом мире свою собственную, затерянную где-то душу.

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Главная Знание - Сила Учебная Двенадцать экзаменационных сочинений медалистов г. Омска и Омской области