.АЯ библиотека!

Публицистика

Главная Проза Публицистика Омская областная Книга почета имени съезда ВЛКСМ

Омская областная Книга почета имени съезда ВЛКСМ - КОМБАИНЕР ЦАПЕНКО

Комбайнер Цапенко - Омская областная Книга почета имени съезда ВЛКСМ. ИЗДАНИЕ ГАЗЕТЫ «МОЛОДОЙ БОЛЬШЕВИК» ОМСК 1936 годКОМБАИНЕР ЦАПЕНКО

Тов. ЦАПЕНКО Павел Романович. Родился в 1911 году, член ВЛКСМ с 1932 года, работает в Сосновском зерносовхозе.

Тов. ЦАПЕНКО — один из лучших ударников совхоза, систематически перевыполняет нормы, за что был премирован в совхозе 10 раз.

В уборочную 1935 года тов. ЦАПЕНКО на комбайне «Сталинец» за 24 рабочих дня, при хорошем качестве работы, убрал 461 гектар и сэкономил 751 килограмм горючего.

Тов. ЦАПЕНКО — участник Всесоюзного совещания передовых комбайнеров и комбайнерок с руководителями партии и правительства.

Постановлением ЦИК СССР тов. ЦАПЕНКО награжден орденом «Знак Почета».

Комбайн остановился внезапно. В ушах еще звучал мерный гул его механизма, а он, безмолвный и мертвый, стоял среди поля.

— Так... — сказал Павел трактористу, обтирая рукавом рубахи грязь и пот с лица. — Выходит, сели...

— Перекурим, еще раз посмотрим, — отозвался штурвальный.

Молча покурили. Павел снова пошел вокруг комбайна. Он осмотрел мотор, хедер, барабан, измазался пылью и мазутом, вспотел, обозлился, устал, наконец ему показалось, что комбайн должен пойти.

— А ну, запустим, — крикнул он штурвальному.

Мотор на мгновение загудел и снова заснул. Запускали дважды, — та же история.

Теперь оставалось одно — итти на стан и просить помощи, то есть делать то, чего никак не хотелось Павлу.

Павел выругался и пошел на стан. Тракторист Андрюша Спиридонов и штурвальный Коля Барсуков, не желая растравлять обиду командира, заговорили о беде тогда, когда над хлебом видна была только кепка удалявшегося комбайнера.

***

Лето 1932 года готовило Сосновскому зерносовхозу тучный урожай. Появилось в совхозе новое словечко — комбайн. Разные люди на разные лады говорили это словечко. Его желали, пугались, верили в него и сомневались. Кулаки вкладывали в это словечко всю силу своей ненависти к колхозному, советскому строю.

— Комбайн — хо-хо. Это, брат, тебе не жатка!

— Комбайны — хи-хи, сами то они не ходят, говорят комбайнеров нужно, а рады бы лапотники в инженеры, да мама в институтах не учила.

— Комбайны-комбайнами — говорили они открыто, со лживой заботливостью, — однако комбайнеров нет. да и лето ионе дождливое, говорят, комбайн дождя боится, оно с жаткой-то, пожалуй, вернее.

Много чего говорили, а с запада эшелон за эшелоном ударники заводов слали на тучные поля Сибири новенькие красавцы комбайны. На бесчисленных курсах упорно познавали технику комбайна ударники из колхозов и совхозов, готовились стать водителями чудесных машин.

Такие курсы окончил и молодой рабочий Сосновского зерносовхоза комсомолец Павел Цапепко. Упрямо склонив над книгой вихрастую голову, он выслушал последние наставления молодого преподавателя Наумова.

— Теоретически знать комбайн — дело важное. Теперь вам, как жизнь, нужна практика. Поедете косить, увидите. Не теряйтесь, упорствуйте. Учитесь на работе.

И в первый же день работы комбайнер Цапепко вспомнил эти слова.

***

После обеда к агрегату Цапенко приехал Наумов.

— Что у тебя? — спросил он у Павла, не слезая с автомашины.

Павел молчал. Он не мог ответить Наумову, он не знал.

Причина аварии выяснилась немедленно. У комбайна шнеки забились сочной травой и не давали вращаться барабану.

— Практический пустяк, не смеющий загружать никакую порядочную теорию — засмеялся Наумов. — Ты, Цапенко, не страдай. Эту мелочь я выпустил из виду. Жизнь меня поправила. Учту. А о всяких подобных штуках прошу сообщать немедленно и ... не бояться помощи.

Приминая хлеб, к агрегату Цапенко бежал человек. Тяжело дыша, он злобно бросил в ноги Наумову грязный картуз и закричал:

— Не буду работать на чертовой машине!

Это был комбайнер Саша Винков, окончивший курсы вместе с Павлом. Наумов усадил Винкова в автомобиль и поехал к его агрегату.

Повеселевший Павел снова принял командование комбайном и проработал до вечера без остановок.

На другой день с утра из строя выбыло пять комбайнов. Этим воспользовались враги.

— «Инженера»! Так оно и вышло. Бросать надо комбайны, пока не поздно. Кроме мучения ничего от них. Густые хлеба не берут. Урожай портят. Может там, где-нибудь, а в Сибири комбайн не жилец.

В тот же вечер в политотделе было шумное заседание. Коммунисты, комсомольцы совхоза говорили всю ночь.

Ремонтировали комбайны ночью и днем. На полях организовали учебу комбайнеров, и квалифицированную помощь в практической работе.

Комбайны снова загудели на полях. Первые мучительные дни освоения комбайна на практике остались позади, хотя немало еще трудностей пережили комбайнеры в это лето.

В уборочную 1932 года комсомолец Цапенко убрал 200 га.

***

— Ты, Павел, тогда тоже не таким героем смотрел. Тоже в панику ударился.

— Не было такого!

— Брось. Помню я, как ты к нам прибежал. Глаза горят, ругаешься, на чем свет стоит.

— Ну, брат, если я начну вспоминать... — под общий хохот заявил Павел, — было, было да быльем поросло. Вот уже тридцать пятый год к концу идет.

— И тридцать второй вспомнить не вредно — вмешался в беседу начальник политотдела.

Веселая яга была беседа комбайнеров в кабинете начальника политотдела, после успешной уборки богатого урожая 1935 года.

В этот год в совхозе сто процентов зерновых было убрано комбайнами. Без аварий и поломок работали комбайнеры и с лихвой перекрыли старые нормы выработки.

Комсомолец Павел Цапенко, имея за спиной трехлетний опыт работы на комбайне, дал небывалую в совхозе выработку.

Он убрал 461 гектар урожая (вместо 180 по норме), сэкономил 750 килограммов горючего, заработал 2675 рублей, получил в премию часы, охотничье ружье, патефон.

Можно было Павлу вместе с товарищами посмеяться над прошлыми своими неудачами.

***

В вагоне темно. Павел лежит на верхней полке. Непривычная обстановка, стук колес, все возбуждает нервы. Голова полна мыслями, думается сразу о многом.

Никогда, никогда не бывал он так далеко. Вот смешно — живешь, живешь, знаешь, что Москва есть далеко где-то, и вдруг тебе говорят: поедешь в Москву на совещание. Так просто приходишь на станцию, садиться в вагон и через два дня — в Москве.

Нет, не просто... В Москву вызывают лучших комбайнёров: Ведерникова, Ожерельева, Ситкарева, много других и в числе их комбайнера Цапенко. Дома время текло обычно, отелилась корова (интересно, как телок?) Ну, завел патефон, вечером приятно послушать, ну, часы, это он все представляет, но Москва... Или — комбайнера Цапенко вызывают в Москву... Тут Павла пронизывает большая торжествующая радость. Он смотрит в темноту и видит, как он, Павел Цапенко, сидит в огромном зале, кругом него комбайнеры, а рядом Ведерников... Больше Павел ничего представить не может. Всю ночь он ворочается на узкой полке и засыпает только перед утром.

***

И Павел Цапенко сидит в огромном зале, а рядом с ним комбайнер Ведерников, кругом комбайнеры со всех концов Союза и вот свершается то, чего он никак не мог представить в мечтах.

В зал входят люди, которых он знает по именам, по портретам в газетах, в зал входит тот, чье имя дорого всей стране. Он видит ласковую улыбку на лице этого человека. Не отрывая глаз от лица Сталина, поднимается Павел, вместе со всеми, кричит «ура», аплодирует, смеется, боится заплакать от волнения и радости.

Комсомолец Павел Цапенко увидел и услышал великого Сталина.

***

На комсомольском собрании Павла засыпали вопросами: о Сталине, о совещании, о Москве. Рассказывал обо всем, кончал рассказ и снова возвращался к деталям... На последний вопрос ответил так:

— Как я думаю работать? Сам буду участвовать в ремонте своего комбайна, чтобы знать каждую новую деталь и часть, в каком она виде. Призываю к этому всех комсомольцев комбайнеров.

— Я сформировал свои постоянный комбайновый агрегат, с которым буду сеять на своем участке. Сами будем сеять и убирать свой хлеб. Сейчас моя бригада вторично изучает комбайн. Все мы посещаем школу высокого урожая. Это значит мы будем знать правила агротехники, сумеем правильно подготовить почву для сева, правильно посеять.

— Комсомол готовит подарки X съезду ВЛКСМ — я дал слово в честь съезда обеспечить в 1936 г. 1000 га хорошо посеянного и хорошо убранного урожая.

***

Время за полночь, жена и сын снят. Павел сидит у стола, он читает маленькую книжку в серой обложке.

«Особое внимание следует обратить на комбайны и комбайнеров. Вы знаете, что самое ответственное дело в зерновом хозяйстве — уборка. Уборка — дело сезонное и она не любит ждать. Убрал во время — выиграл, опоздал в уборке — проиграл. Значение комбайна в том, что он помогает убрать урожай но время. Это очень большое и серьезное дело, товарищи».

Перед Павлом вырастает тот, кто говорил эти слова, кого он слышал и видел улыбающегося и серьезного, родного и великого, рукоплещущего знатным комбайнерам, собравшимся из близких и далеких краев на эту замечательную беседу.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Главная Проза Публицистика Омская областная Книга почета имени съезда ВЛКСМ