.АЯ библиотека!

Публицистика

Главная Проза Публицистика ... Осилит идущий.

... Осилит идущий.

Задачи, поставленные XXVI съездом КПСС перед вузами страны, требуют более углубленного творческого подхода к воспитанию будущих специалистов. Велика роль в этом вузовского комсомола. В книге говорится о поисках и находках в воспитательном процессе студентов Омского политехнического института, приводятся примеры из других вузов страны.

Доцент ОмПИ, ответственные работники ЦК ВЛКСМ и Омского горкома комсомола, командир ССО в своих очерках рассказывают о значении олимпиад, конкурсов, студенческих обществ, строительных отрядов и других форм и методов воспитательной работы комсомольских организаций. Иногда проблемы воспитания авторы только намечают, предоставляя решение их самому читателю и времени.

Книга предназначена для комсомольского актива, преподавателей вузов, техникумов, школ, студентов, старшеклассников.

Сергеев В., Макаров С, Павлов К., Ягодинский Ю. 

 

...Осилит идущий.

...Студенческая пора — это не только подготовка к завтрашнему дню, не просто ожидание его. Это уже сегодня — яркая, содержательная жизнь, это напряженный, творческий труд, активная общественная работа.

Л. И. Брежнев

 


***

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

А вы любите спорить?

Еще древние говорили, что в споре рождается истина. За прошедшие века эту истину неоднократно подвергали сомнению, и все-таки дискуссия была и остается надежным средством проверки взглядов, мнений, точек зрения.

Мы, авторы, очень долго пытались написать это предисловие. Хотелось как-то неформально ввести читателя в круг проблем, о которых написана эта книга. Можно было бы попробовать написать «серьезное» введение, изобилующее научными терминами, можно было бы, наоборот, постараться захватить читателя лихим полудетективным сюжетом.

Мы писали нашу книгу под впечатлением Постановления ЦК КПСС от 26 апреля 1979 года «О дальнейшем улучшении идеологической, политико-воспитательной работы». Многое из того, что только смутно ощущалось нами, как бы высветилось новыми гранями после этого партийного документа, многие выстраданные нами позиции и точки зрения нашли себе новое подтверждение. Еще больше конкретизировалось направление поисков Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О дальнейшем развитии высшей школы и повышении качества подготовки специалистов».

Постановления очертили круг важнейших проблем, наметили основные пути их решения. Но конкретная реализация замыслов этих важных документов неизбежно требует поисков, экспериментов. Нужно осмысливать уже накопленный опыт, оценивать эффект воплощенных задумок, и как же при этом осмысливании обойтись без дискуссии?

Дискуссия, с которой начинаем мы наш разговор с читателем, имеет и еще одну цель. Именно через нее мы хотим наметить основные проблемы, о которых будем говорить в данной книжке, показать предпосылки, из которых исходим при их решении.

Итак, мы с Вами, Читатель, входим в аудиторию. Приблизимся к традиционному «круглому столу», за которым разместились участники дискуссии. Знакомьтесь, спор ведут Социолог, Студент, Педагог, Комсомольский работник и Администратор.

Социолог. Позвольте, друзья, начать нашу дискуссию. Постановление ЦК КПСС «О дальнейшем улучшении идеологической, политико-воспитательной работы» отмечает в качестве главного недостатка постановки информационной, идейно-воспитательной работы тот факт, что качество ее далеко не всегда отвечает возросшему образовательному и культурному уровню и запросам советских людей, недостаточно учитывает динамичность социально-экономических процессов и духовной жизни современного общества. Поэтому мне кажется, что центральной нашей задачей должен стать анализ, как перестроить работу применительно именно к учащейся молодежи, студенчеству. Метод, который мы можем предложить читателю, не нов. «Увидеть в капле океан» мы можем, если будем наблюдать тенденции всей системы образования в целом на примере одного из вузов. Типичный вуз — Омский политехнический институт подходит под указанные требования.

Тем более, видимо, типичными как для высшего образования в целом, так и для вузовского комсомола будут те наблюдения, которые удастся сделать нам на примере этого вуза. Поэтому по мере возможности не будем указывать конкретные фамилии, факультеты, группы. Главное — те общие закономерности, тенденции, которые отражаются в конкретных ситуациях. Итак, кому предоставить слово?

Комсомольский работник. Когда я познакомился с Постановлением, меня заставили задуматься строки: «С задачами, которые партия ставит перед идейно-воспитательной работой, несовместимы встречающиеся еще боязнь открыто ставить на обсуждение актуальные вопросы нашей общественной жизни, тенденция сглаживать, обходить нерешенные проблемы, острые вопросы, замалчивать недостатки и трудности, существующие в реальной жизни. Такой подход, склонность к парадности не помогают делу, а лишь затрудняют решение наших общих задач».

Как верно это сказано! Посмотрите, сколько традиционных форм комсомольской работы, возникших десятилетия назад, как и раньше, демонстрируют свою эффективность. Ленинский зачет и движение студенческих строительных отрядов, конкурсы по общественным наукам и общественно-политическая практика, политические митинги и Дни посвящения в студенты по-прежнему в арсенале вузовского комсомола. Но отнюдь не редко, к сожалению, мы удовлетворяемся гладкостью бумажных отчетов, скрывающих формализм, спешку, невнимание к нуждам и проблемам рядовых комсомольцев.

Миллионы советских людей воспитывает Ленинский комсомол. Поэтому я предлагаю еще более сузить круг наших вопросов и остановиться не на проблемах воспитания в вузе вообще, а на проблемах организации воспитания именно через комсомольскую работу в вузе.

Администратор. Я согласен с Вашим предложением, но хотелось бы уточнить: будет ли рассмотрение только комсомольских проблем на самом деле сужением темы? Какое же направление деятельности современного вуза не входит в сферу комсомольских дел? Учебные вопросы? Но комсомол ответствен за создание атмосферы творчества в студенческих группах, вникает во все проблемы: от «проработки» лодырей до планирования учебного процесса... Научная работа? Комсомол — куратор выставок и конференций, олимпиад и конкурсов научных работ студентов. Строительство и дежурство в корпусах, общежитиях, шефская работа с учащимися, связь с предприятиями и многое-многое другое — везде комсомольская организация — полноправный соруководитель. В этом мы видим основные принципы комплексного подхода к постановке всего дела воспитания студенческой молодежи.

Вместе с тем не могу удержаться от критики и самокритики. Очень уж часто мы, товарищи, считаем, что перепечатывание отдельных документов в один общий гарантирует комплексный подход к решению соответствующих проблем. Очень часто на бумаге получается, что за одно и то же направление отвечают и комсомольская, и профсоюзная, и еще ряд административных и общественных организаций, а работа, тем не менее, движется слабо. Мне кажется, что в последние годы, опираясь на материалы XXV съезда КПСС, мы начали целенаправленно внедрять очень эффективный метод — комплексный подход к планированию и руководству нашей работой, но осуществлять его на практике не всегда умеем. Регламентация деятельности — за что отвечает конкретно комитет ВЛКСМ, за что — профком, за что — кафедра — только начинает формироваться, и нужно много работать, чтобы этот процесс достиг наивысшей эффективности.

 

*** Мы считаем период в жизни человеческой от 16 до 22—23 самым решительным. Здесь именно завершается период образования отдельных верениц представлений, и если не все они, то значительная часть их группируется в одну сеть, достаточно обширную, чтобы дать решительный перевес тому или другому направлению в образе мыслей человека и его характера.

К. Д. Ушинский

 

Педагог. Постановлением ставится перед нами задача: добиваться органического единства учебного и воспитательного процессов, формирования у учащихся и студентов научного мировоззрения, высоких морально-политических качеств, трудолюбия. Казалось бы, очевидная вещь — это единство, но нами, преподавателями, осмысливается она медленно. Начав преподавать в вузе, я долгое время считал, что корни неуспеваемости, слабой успеваемости или несоответствия достигнутых в учебе результатов и потенциальных возможностей лежат главным образом в чисто учебной сфере — сказывается слабая подготовка на ранней стадии обучения, недостатки собственной методики. Но опыт десятилетней работы, десятилетнее общение со студентами в аудиториях и за их пределами убедили: главные причины — издержки воспитания в средней школе, в семье, недостаточно благожелательный климат, атмосфера в группах, неумение наше, преподавателей, управлять мотивацией студентов. Так что, обучая, учимся сами...

Социолог. Очень опасно, товарищи, скатываться в одну из крайностей. Много у нас издержек в деле обучения и воспитания, но они не должны заслонять в целом правильное направление нашей работы. Объективно постановку учебно-воспитательного процесса в вузе следует оценивать положительно; за это говорят многие факты и, прежде всего, успешная деятельность большинства выпускников на предприятиях. Но не следует забывать и о том, что вполне достойный уровень подготовки для сегодняшнего дня — завтра будет непозволительно низким. Мне кажется, что наше критическое отношение к ряду проблем порождается именно этой причиной. Поэтому очень важно суметь увидеть в больших и маленьких делах, которыми отличается каждый день сегодняшнего вуза, ростки вуза будущего. Увидеть — и поддержать их, развить; именно на это нацеливает нас Постановление Центрального Комитета.

Вот одна из проблем, которая кажется мне наиболее важной. Все мы читали о спорах «физиков» и «лириков», слышали о постепенном слиянии их позиций. Но анализ анкет выпускников института, проработавших на производстве 5—10 лет, показывает: большинство из них отмечает явную недостаточность полученных в вузе знаний по экономике, теории управления, педагогике, психологии. Налицо гуманитаризация инженерной деятельности, и пока вуз наш недостаточно откликается на эту проблему.

Педагог. Возникает и другая проблема. В последние годы объем информации, которую мы даем нашим ученикам, угрожающе возрос. Хорошо было бы не только обучить студентов педагогике и экономике, но и освоить курс теории искусства, литературы, музыки, научить патентоведению, основам изобретательства и много чему еще. Кое-кто из педагогов считает, что неуспеваемость, недобросовестность в учебе отдельных студентов — естественная реакция на учебные нагрузки, которые превысили разумную меру. Нужны радикально иные педагогические решения, не сводящиеся к добавлению все новых и новых учебных предметов и курсов.

Комсомольский работник. Задача, которую мы должны поставить перед собой, мне кажется очень трудной, но решаемой. У меня создалось впечатление, что студенты наши подчас «больше знают, чем умеют». Многие, очень многие знания сейчас ложатся в голову студента бесполезным грузом. Может быть, следует сознательно ограничить обучение, т. е. передачу информации, поставив во главу угла воспитание вкуса к приложениям и передачу навыков работы?

Студент. Очень важное и верное предложение. Так хочется сделать что-то полезное, нужное, но не всегда это получается. Сам учебный процесс все-таки не всегда захватывает. Чтобы что-то делать, приходится два-три года только учиться. Очень часто мои знакомые ребята, да и я сам как бы «забываем» про основную цель при этом. Хочется самовыражения в деле, наверное, поэтому трудно в вузе увлеченному. Гармонично развиваться, уметь распределять свое время между учебой, спортом, повышением культурного уровня, общественно полезным трудом мы подчас не умеем. Умение это приходит со временем, но очень уж дорого оно обходится...

Педагог. Мне кажется, что с разных сторон мы подошли к одному новому и, одновременно, самому насущному вопросу. Если сформулировать четко отличие сегодняшнего и тем более завтрашнего дней от дня вчерашнего, то это отличие заключается в отказе от работы «по старинке», принятия решений «с кондачка», действий по образцу «так делали раньше». Наверное, не все согласятся со мной, но я формулирую задачу так: надо привить вкус и одновременно обучить студента «по-научному» подходить к повседневной деятельности. Воспитывать человека, который умеет вскрыть проблему, изучить ее, наметить средства решения, добиться реализации намеченного — вот, на мой взгляд, задача современного вуза. Ох, как трудно это сделать, я понимаю, но именно в этом направлении решение всех наших проблем.

Комсомольский работник. Мы анализировали причины ряда неудач в комсомольской работе. Оказывается, таких причин всего две. Первая — неумение. Сколько ошибок приходится исправлять, когда учишься пилить или строгать, писать или работать за станком. Еще больше их, когда учишься работать с людьми. Очень многие «пассивные» комсомольцы, как мы убедились в беседах, с помощью опросов, пассивны потому, что «обожглись» когда-то, неудачно попробовав свои силы. Как уменьшить отрицательный эффект этих первых ошибок? Как вооружить наших комсоргов умением анализировать свой и чужой опыт, понимать товарищей, занимать их делом? Это — искусство, но нужно учить им владеть. Кстати, такая работа комсорга и предполагает тот научный подход к повседневности, о котором только что говорилось...

Вторая причина неудач — слабая сила воли, отсутствие самодисциплины. Сколько раз приходилось мне беседовать с комсоргами, жалующимися на своих товарищей, на их пассивность, отсутствие интересов к делам комсомольской организации. Чаще всего повинен комсорг, именно ему не хватает настойчивости в доведении дел до конца. Импульс коллективу придает руководитель, его непоследовательность тоже нередко передается окружающим. Очень важное это дело — комсомольская работа, и нужно усилить в ней обучение и требовательность.

Социолог. Мне бы хотелось напомнить в этой связи о той активной жизненной позиции, которую следует формировать у будущего руководителя. Меркой наличия или отсутствия этой позиции должны быть не гладкие выступления с трибун, не убежденность в голосе при чтении заранее заготовленной речи, а дело. Трудовое воспитание студенчества — важный раздел программ и планов, но нельзя сводить его лишь к выезду в стройотряд или работе на субботниках.

Воспитание ответственности за результаты учебы, выход студента в подшефные школы, ПТУ, на предприятия — это тоже воспитание трудом. Очень важно, чтобы этот труд был активным и плодотворным, очень важно, чтобы хорошая, с огоньком, с инициативой проделанная работа достойно отмечалась, а халтура — публично критиковалась. Согласен, это общие слова, но все ли у нас в порядке с трудовым воспитанием?

Педагог. Мы говорим о комсомольских проблемах, и хочется внести свой вклад в этот разговор. Вузовский комсомол особенный — нигде больше не имеется таких возможностей для подлинно научного подхода к организации этой работы. В отдельных вузах такое содружество уже приносит полноценные плоды. Грамотный экономист, управленец поможет сократить лавину бумаг, справок, отчетов, справиться с тем, что отнимает уйму времени в ущерб живой организаторской работе. Математик, программист помогут создать информационно-поисковые системы, внедрить сетевые планы. Педагоги качественно улучшат постановку учебы комсомольского актива, психологи и социологи помогут разобраться в текущих проблемах. Не использовать эти возможности вузовскому комсомолу — непростительно!

Администратор. Хочется высказать еще одно пожелание — о профессионализации общественной работы студента, увязывании ее с будущей специальностью. Очень часто стоит не руководствоваться общей схемой, а искать новые пути. Деятельность педотряда из студентов инженерного вуза должна отличаться как-то от деятельности, которую осуществляет педотряд, сформированный на базе медицинского института.

То же самое хотелось бы видеть в работе кружков самодеятельности и спортивных секций, организаторов НИРС и ССО. Максимальная привязка к будущей профессии — над этим надо много работать.

Студент. Один мой знакомый, выпускник, с тоской сказал как-то: «Из-за своей чрезмерной активности в художественной самодеятельности я недобрал как инженер и перебрал как любитель-артист». С ним согласились бы многие. Так что проблема важна, и искать в этом направлении надо.

Комсомольский работник. В нашей дискуссии мы не охватили целый ряд проблем, и это неудивительно. Слишком широк круг вопросов, которые ежедневно решает вузовский комсомол. Нравственное, эстетическое, атеистическое, военно-патриотическое воспитание, шефские связи вуза с предприятием, советы молодых ученых — список этот можно продолжать неограниченно.

Все вузы страны постоянно совершенствуют формы и методы обучения и воспитания студентов; направления их деятельности определены программными документами партии и правительства. Очень важно, чтобы новые замыслы, идеи не оставались достоянием отдельных коллективов, а широко обсуждались и немедленно внедрялись в бурлящую жизнь нашего студенчества. Таков девиз сегодняшнего дня!

 

*** На всякое «малое дело» нужно смотреть с высоты той великой цели, которую поставила перед нами история.

А. М. Горький

 

Социолог. Нельзя объять необъятное, я согласен. Но мне кажется, что знаменитое высказывание Б. Шоу о том, что в результате обмена идеями у каждого оказывается по две идеи (сравните с подобным обменом яблоками!), можно развить дальше. Когда, кроме обмена идеями, осуществляется обмен опытом, как возникают идеи, это — еще лучше. Поэтому давайте следующую часть нашей дискуссии продолжим в виде монологов и дневников, очерков и заметок из жизни Омского политехнического института. Пусть по-прежнему действует социологический метод — не следует искать за обобщенными образами конкретные фамилии, группы, факультеты. Цель наша — вступить в дискуссию с читателем. Сначала был опыт, потом — его осмысливание с позиций, которые раскрыли сейчас участники нашего «круглого стола». Потом — зародился эксперимент. Мы считаем, что направление поиска — правильное.

Согласны ли Вы с нами, Читатель? Мы готовы к спору.

 


***

ЗНАКОМСТВО ДОЛЖНО БЫТЬ ВЗАИМНЫМ

...Эта девушка не вызывала опасений у деканата, комсомольского бюро и преподавателей. Систематически и добросовестно выполняла домашние задания, успешно сдала первую сессию. И вдруг человека как подменили. Пропуски занятий, безразличие к учебе. Вспоминается разговор:

— Потеряла я вкус к занятиям. Вдруг как-то неожиданно поняла — не туда я попала! Хочу, пока не поздно, бросить — буду поступать в медицинский.

— Подожди, а хорошо ли ты разобралась в будущей специальности? Может быть, это то, что все-таки тебя привлечет?

— Да нет, в специальность хоть и не вникла, но уверена, что это не то!

— Ну, а медицина? Ты уверена, что сможешь? Плохой инженер — это плохо, но плохой врач — совсем никуда не годится! Проверила ли себя? «Мед» рядом — была ли на лекциях, ходила ли в знаменитую «анатомку»?

— Нет, но все равно медицина мне нравится!

Через несколько недель студентка М. была отчислена из института «по собственному желанию». Дальнейшая судьба ее нам не известна.

Для своего времени система набора в вузы была достаточно прогрессивной. Вуз объявлял прием, печатал справочники для поступающего и на этом свою миссию считал законченной. Количество желающих обучаться в вузе многократно превосходило имеющиеся в наличии места. Оставалось из большой массы поступающих выбрать по установленным критериям ту восьмую, десятую часть, которая наиболее достойна учиться в данном вузе.

Впрочем, большой конкурс тоже не всегда позволял отобрать достойных.

Вот одна из поучительных историй на эту тему.

Шла студенческая конференция. Объявлен очередной докладчик — и к доске вышел невысокий светловолосый первокурсник.

— Еще одно реферативное сообщение,— шепнул математик соседу.

— Все это, конечно, неплохо для общего развития младшекурсников, но при чем здесь втуз?

Юноша начал свое выступление, и аудитория оживилась. В уверенности, с которой выстраивались на доске кванторы, предикаты, хитроумные символы, что-то было. И было настолько интересно, что кое-кто из преподавателей нарушил святая святых таких конференций — заповедь «не мешай выступающему» — и, признавая в юноше достойного оратора, вмешался с вопросами. То, как изящно и не прерывая нити выступления, ответил на эти вопросы студент, вызвало одобрительную реакцию. А потом — вопросы прекратились; юноша залез в такие дебри топологии, с которыми никто из присутствующих знаком не был. И единственный вопрос по окончании доклада отразил ситуацию полностью. «Скажите, в какой монографии рассмотрены приведенные Вами теории?» А парнишке всего восемнадцать лет, и горделивая улыбка его все-таки простительна. «Нет, это из нашей коллективной работы. Теоремы сформулировали и доказали наш товарищ-второкурсник и мы двое, когда учились в десятом классе».

Статья, написанная «странным коллективом» летом 1970 года, получила положительную рецензию в одном из ведущих математических журналов. А в это же время наш докладчик получил «двойку» на вступительном экзамене по математике устно в одном из всемирно известных московских вузов — он не решил олимпиадную задачу на построение циркулем и линейкой на ограниченном куске плоскости. (В те годы, борясь против репетиторства и стремясь отобрать самых способных, экзаменаторы выдумывали все новые хитроумные задачи). Юноша успел вернуться в Омск и поступил в ОмПИ.

 

*** Мы хотим, чтобы комсомолец очень рано начинал свою общественную деятельность, знания свои освещал этой практикой, практике помогал своими знаниями, чтобы одно и другое сплетались постоянно, мы хотим, чтобы то, что называется академической учебой и общественной деятельностью, представляло бы неразрывные стороны одного целостного процесса его роста умственного и общественного.

А. В. Луначарский

 

Заслуга комитета ВЛКСМ и кафедры высшей математики — Саше помогли перевестись в Новосибирский университет. Его дальнейшая карьера еще раз подтвердила сомнительность вступительных экзаменов как панацеи от профориентационных проблем. К четвертому курсу Саша — автор пяти публикаций, выступлений на Всесоюзных и Международных конференциях, к пятому курсу — лауреат медали АН СССР за лучшую студенческую научную работу в области физики. Дипломная работа его признана кандидатской диссертацией.

Вторая история менее экзотична, но тем самым и более проблемна. Социологическая лаборатория по заказу горкома ВЛКСМ анкетировала абитуриентов ряда омских вузов. Помогали ей комитеты комсомола, и активисты не упустили возможности полистать эти анкеты.

Как-то в разговоре секретарь комитета ВЛКСМ медицинского института поделился: «Просмотрел я небольшую стопочку «своих» анкет и задумался. Попались мне на глаза несколько интересных ответов. Девушки в третий-четвертый раз поступали к нам и каждый раз не проходили по конкурсу. Снова готовились, при этом работали санитарками, нянечками в больницах. Я уверен, что постоянство их стремлений дороже, чем начитанность многих вчерашних школьников».

Модно стало говорить, что престиж высшего образования, особенно инженерного, падает. Это не совсем так. В 1979 году в технические вузы страны поступало куда больше абитуриентов, чем в 1959, но и мест в студенческих аудиториях им выделено намного больше.

Как только конкурс стал уменьшаться, многие вузы изменили стиль работы с абитуриентами. К сожалению, первоначально этот стиль отличался лишь стремлением любой ценой завлечь абитуриента в приемную комиссию, чтобы «создать конкурс».

Одному из авторов посчастливилось провести студенческие годы в Томске. Именно посчастливилось, ибо при всей тогдашней неблагоустроенности Томск был (и остается) уникальным студенческим городом, и томичи гордо цитировали Роберта Рождественского «Если ты в Томске, ты или студент, или имеешь к тому отношение». Вторая особенность: искатель заветной студенческой зачетки почти со стопроцентной вероятностью в одно июльское утро спустится со ступеньки вагона на перрон железнодорожного вокзала « Томск-1».

Только зарождавшиеся по инициативе комсомольских органов общественные приемные комиссии не имели опыта, но имели массу идей и стремление их реализовать. Автору этих строк вкупе с товарищами поручалось встречать абитуриентов на вокзале и доставлять их на специальном автобусе в приемную комиссию университета.

Энтузиазм требовал выхода, и выход был найден. С презрением инициативные члены группы по организации встречи отвергли мегафон и стандартную фразу «Абитуриентов Томского университета просят занять места в автобусе». На помощь пришла техника — и в одно прекрасное утро абитуриентов, рядовых пассажиров и конкурентов из ТПИ, ТИСИ, ТИАСУРа оглушила мощь динамиков, зазывающих поступать в Томский университет.

Всхлипывая истерическим смехом, абитуриенты бросились штурмовать соответствующий автобус. «Пиратский» акт совершился, и конкуренты скрежетали зубами. Впрочем, на другое утро аналогичные установки появились и в соседних автобусах. Одновременное вещание на абитуриента цели не достигало.

«Универсалы» бросили в бой новые силы.

Очередная битва за абитуриента была, безусловно, выиграна. Диктор с радистом проверили плотность затыкания ушей шариками ваты, покосились на ничего не подозревающих конкурентов и нажали кнопку. Испуганно чирикая, унеслись к Басандайке воробьи, задребезжали стекла в частном секторе на Степановке... Началась часовая лекция об истории университета, записанная на магнитофон...

Мы были молоды и глупы. Мы гордились собой и своей изобретательностью. Но учатся на ошибках — уроком стал разговор с отчисляющимся первокурсником через полгода после магнитофонной эпопеи. Он, ни на кого не жалуясь, рассказал, что в одно июльское утро почему-то сел не в тот автобус...

Прошло полтора десятка лет, но по-прежнему руководящий принцип общественных приемных комиссий — агитация за вуз. На это нацелены стенды и буклеты, специально изготовленные фильмы и красочные «стеннухи», факультетские стенные газеты. Далеко не всегда информация в них доброкачественна: главный и весьма распространенный недостаток — вместо показа того, чем интересна получаемая на факультете специальность, материал показывает, как интересно живут студенты факультета. Живут студенты на самом деле интересно — стройотряды, коллективы художественной самодеятельности, кружки НИРС и спортивные секции — но ведь не это главное, что следует показать абитуриенту.

Обобщив данные анализа анкет абитуриентов, социологи высказали рекомендации по оформлению «рекламных» стенгазет. Среди рекомендаций — пожелание об интервью с выпускниками — где и кем работают, насколько довольны выбором профессии, какие трудности испытали, что посоветуют своему будущему коллеге. Разработаны типовые интервью, первые эксперименты оказались удачными.

Но до сих пор ни одна из приемных комиссий не рискнула на «антиагитацию»—предостережение от скоропалительного выбора будущей профессии. Психологически это понять нетрудно, слишком довлеет груз традиций, но факты — и за такую агитацию.

Идет заседание апелляционной комиссии. Обстановка доброжелательна до предела — абитуриенту разъяснили, почему за письменную работу по математике поставлена «четверка», а потом состоялась импровизированная беседа. Недобранный балл не позволяет девушке поступить на специальность «ЭВМ».

— А, собственно, почему именно эта специальность Вас интересует? Как Вы представляете будущую свою работу?

— Мне очень хочется программировать для ЭВМ! Я смотрела научно-популярные фильмы, читала. Хочу быть оператором!

Бедная девушка! Она не понимает (а гигантские усилия общественной приемной комиссии не сработали), что каждый студент, независимо от специальности, обязан научиться программировать для ЭВМ. Она добросовестно прочитала все, что предлагала ей приемная комиссия, но так и не выяснила, что операторов готовят в технических училищах, а данная специальность — нечто совсем иное.

Может быть, она поступит на «выбранную» специальность. Может быть, она сдаст первую сессию на «хорошо» и «отлично». Но кто может гарантировать, что на третьем, четвертом, пятом курсах она вдруг не скажет себе с удивлением: а ведь я села не в тот автобус.

Можно очень долго и тщательно отрабатывать планы работы общественной приемной комиссии на июльско-августовский период, настойчиво реализовать эти планы — и все-таки успех будет мизерным. Есть две причины этому. Сначала — о первой.

Высшая стадия военных действий штурм, атака. Но военная история говорит: штурм только тогда приносит успех, когда он тщательно и заблаговременно подготовлен, когда обучены и воспитаны солдаты и командиры, подтянуты тылы и налажена связь и взаимодействие. Аналогии — не доказательство, и все-таки кампания вступительных экзаменов, не опирающаяся на последовательную и планомерную работу общественной приемной комиссии в течение года, так же, как и плохо подготовленный штурм, будет проиграна.

Весь год десятиклассник в своих устремлениях мечется между медицинским и политехническим, а в июле вдруг относит документы в физкультурный. Как это знакомо!

До 15 процентов абитуриентов выбрали вуз и специальность в девятом классе, 45 — в десятом, остальные — в июле, непосредственно перед вступительными экзаменами. (Из социологического исследования «Абитуриент»).

Как можно раннее знакомство абитуриента с вузом — вот первая аксиома современной общественной приемной комиссии. Этой заповеди сейчас следуют практически все вузы. Подготовительные курсы, лектории, «Дни открытых дверей», выступления преподавателей и студентов в школах и на предприятиях — все это есть сегодня в арсенале ОПК.

Вместе с тем сами общественные приемные комиссии вряд ли довольны конечным итогом своей работы: слишком мал КПД. В чем же дело? Создается впечатление, и его усиливают данные социологических исследований, что в современных условиях необходимо руководствоваться и второй аксиомой, которую сейчас сформулируем.

В настоящее время почти во всех формах проф-ориентационной работы ОПК сам будущий соискатель места на вузовской скамье рассматривается лишь как пассивный объект профориентации. Вуз организует для него мероприятие, вуз предлагает ему посмотреть материалы — а что же сам абитуриент? Его дело — смотреть, слушать, знакомиться. Это взаимодействие двух партнеров, где один из них заведомо пассивен, не может обладать высокой эффективностью. Направление поисков — реализация второй аксиомы деятельности современной ОПК: знакомство должно быть взаимным. Абитуриент должен не только знакомиться с теми материалами, которые любезно предлагает ему вуз, но и показать себя — что он может, что умеет. И вот этот показ должен состояться заблаговременно, многими месяцами раньше начала вступительных экзаменов.

Что можно предложить? Давайте, просмотрим внимательно уже существующие мероприятия. Нельзя ли их развить, обобщить, объединить в систему?

Взять, к примеру, олимпиады. Их традиционно проводят университеты, педагогические институты. Но вот московские технические вузы уже несколько лет проводят математические олимпиады для «своих» абитуриентов. И ликвидировать эту традицию не собираются — ведь при небольших финансовых и временных затратах эффект несомненен. Это прекрасное мероприятие, позволяющее школьнику не только проверить свои силы, но и показать представителям избранного для обучения вуза себя — что он может, что умеет. Ряд лет такие олимпиады проводит и Омский политехнический институт. Достаточно перелистать протоколы заседаний жюри этих олимпиад прошлых лет — списки победителей пестрят знакомыми фамилиями. Ленинский стипендиат, отличник учебы, активисты НИРС — многие из них показали себя и свои возможности еще в школьные годы.

Но математика — только одна из дисциплин, а почему бы не создать систему олимпиад? Такая система создается. Кафедра графики института начала проводить олимпиады школьников по черчению. И уже на первые олимпиады явились несколько сот школьников, учителя. Черчение в школах издавна преподается не на высоте, но олимпиады — и это уже заметно — во многом стали способствовать улучшению дел. На очереди — внедрение олимпиад по физике, химии, обществоведению.

— Ну, а зачем же по обществоведению? — спросите вы. Вот мнение заведующего кафедрой философии.

— Мы недовольны уровнем подготовки школьников по обществоведению, — говорит он. — Этот недостаточный уровень сказывается, когда студенты приступают к изучению философии. Я убежден, что нам надо влиять на эти тенденции заранее, и олимпиады — один из способов такого влияния.

Остается добавить — такие олимпиады важны и с учетом психологии школьника. Знаем ведь мы: иногда «рационалисты» (а их довольно много среди старшеклассников) вдруг начинают делить предметы на «нужные» и «не очень». К первым — пристальное внимание, вторыми занимаются лишь ради среднего балла. И очень важно самим фактом проведения олимпиады показать школьнику — этот предмет нам тоже нужен, так что перестраивайся, дорогой товарищ!

А русский язык? Как-то в ОмПИ проходила Всесоюзная конференция по проблемам преподавания физико-математических дисциплин во втузах. Один из центральных докладов на пленарном заседании посвящался проблемам грамотности студентов. Докладчик доказал, что чисто литературная грамотность влияет на понимание математики и физики. Пишут же многие наши студенты, будущая интеллигенция, с ошибками, не умеют грамотно изложить мысль. Так, может быть, нужны олимпиады и по русскому языку?

Итак, первая группа мероприятий намечена. Цикл предметных олимпиад позволяет охватить довольно большую массу будущих абитуриентов (только в 1979 году в трех предметных олимпиадах, проходивших в ОмПИ, приняли участие 900 старшеклассников). Но олимпиады эти — не панацея. Во-первых, они позволяют увидеть успехи лишь в изучении предмета, но не в самопрофориентации. Во-вторых, они привлекают лишь тех, кто обладает специфическими навыками — быстротой мыслительной реакции, вкусом к решению нестандартных задач. В-третьих, олимпиады могут охватить лишь горожан и школьников из близлежащих районов. А между тем значительная доля первокурсников ежегодно выходит из Северного Казахстана, других областей Сибири и Урала.

Омскому городскому ученическому научному обществу — второй десяток лет. Как всякая такого рода организация, общество пережило и периоды подъема, и периоды спада. Первые годы оно охватывало огромные массы школьников — сказывался эффект новизны, усиленное внимание администрации. Но сначала удар обществу нанесли... подготовительные курсы. После разрешения об открытии подготовительных курсов для десятиклассников кружки общества недосчитались многих своих членов: под несомненным влиянием «прагматиков» родителей некоторые школьники предпочли ликвидацию пробелов в знании отдельных предметов общему знакомству с вузом и профориентации.

 

*** ...Для успешного управления необходимо, кроме уменья убедить, ...уменье практически организовать. Это — самая трудная задача...

В. И. Ленин

 

Второй удар последовал со стороны времени. Десятки преподавателей охотно взялись за работу и ряд лет усердно руководили учащимися. Но десять лет — большой срок, и руководители устали от этой работы. Полноценной замены им не нашлось... Настал, наконец, год, когда на пленарное заседание, посвященное началу работы кружков, явились 14 руководителей и 19 школьников...

Вовлечение в общество — проблема сложная. Прежде всего, нужно добиться широкой информированности школьников о том, что это за общество и что оно дает школьнику. Пока же информация о начале работы общества идет по цепочке: совет общества — гороно — районо — директор школы — классный руководитель — школьник. Эффект испорченного телефона приходится наблюдать ежегодно:

«Как жаль, что я ничего не знал об этом кружке, когда учился в школе! Обязательно стал бы ходить в него!» (Из разговора с первокурсником, сидящим на регистрации во время конференции НОУ.)

«Учительница нам сказала, чтобы мы все шли в медицинский институт, потому что мы — их подшефные». (Объяснение активного школьника, почему он пришел в кружок лишь через месяц после начала его работы.)

«А нам классный руководитель вообще не советовал идти, потому что всем надо профориентироваться на завод!» (Вмешавшийся в беседу упрямый школьник, нарушивший запрет учительницы.)

Ох уж эта профориентация! Десять лет назад учительница стращала обучаемых «будешь плохо учиться — в вуз не поступишь!», теперь повально отвращает своих учеников от знакомства с вузом. Ничего общего такое поведение с действительной профориентацией не имеет, и самое удачное ему название попалось нам на глаза в одной из статей тридцатых годов. Термин «педагогическая тупость» отнюдь не утратил своего значения за эти годы.

Однако виноват и вуз. Его возможности велики, но они не используются. Плакаты и брошюрки о кружках НОУ издать — для вуза не проблема, распространить их тоже нетрудно. Просто не доходят руки. Проходим среди стендов приемной комиссии — удивительно, но факт: нигде ни слова о кружках НОУ. Такое впечатление, что приемная комиссия сама по себе, кружки — тоже. Умная и умелая реклама нужна, и над ней еще надо работать.

Сколько школьников может охватить общество? Опыт показывает: максимальное количество ребят, которыми может руководить работник вуза, — 15—20 человек. И вот здесь-то узел проблемы: по самому замыслу кружки предполагают индивидуальную работу — один на один. Но тогда вся эта деятельность, не будучи массовой, не позволяет добиться существенных результатов в деле профориентации. Где выход?

Выход подсказал первокурсник Московского физико-технического института Олег И.

...Шли экзамены в группе второкурсников нашего политехнического. Только что был задан «каверзный» вопрос претенденту на отличную оценку Сергею К. В это время открылась дверь, в аудиторию вошел невысокий юноша.

— Здравствуйте, — сказал он, — меня послали к вам. Дело вот в чем...

Из дальнейшего разговора выяснилось, что Олег вполне успешно полгода назад выступил на олимпиаде абитуриентов ОмПИ, поступил в МФТИ, сдал первую сессию и приехал с заданием комитета ВЛКСМ провести в городе олимпиаду абитуриентов МФТИ. От нас ему требовалась небольшая помощь — Олег уже все сделал, но нужно присутствие преподавателя, чтобы открыли на время олимпиады студенческие аудитории.

Мы были восхищены этой смелостью — «зеленый» первокурсник едет в родной миллионный город с таким ответственным заданием, ни на секунду не сомневаясь в успехе! Это — уровень работы одного из ведущих вузов страны. Человек так уж устроен, что обычно показывает то, что от него ожидают. Смотрите вы на первокурсника как на школяра — вот и получите в лучшем случае аккуратную зубрилку. Покажете, что рассчитываете увидеть в нем Творца, — и Творец состоится.

...Сергей К. справился с задачей и с интересом следил за нашей беседой. Впоследствии он стал активным организатором олимпиад в нашем институте.

Таким образом была заложена традиция январских олимпиад абитуриентов физтеха и ОмПИ. Ежегодно студенты списываются друг с другом, обсуждают содержание очередного набора задач. К приезду группы физтеховцев организационная часть готова — ребята проводят олимпиаду, проверяют работы, награждают победителей. Участие преподавателей в организации этой олимпиады не предусмотрено, да и не требуется. Все проходит на очень приличном уровне. А руководит этой работой — комсомол!

Одновременно это и решение описанной проблемы. Преподаватели и комсомольская организация руководят студентами, а те — инициативными школьниками. При такой постановке дела удастся органично сочетать индивидуализацию деятельности системы «вуз — школьник» и массовый охват школьников. Тогда же родилась идея — ученическое научное общество должно стать школой, в которой бы учились искусству руководить будущие инженеры. Требовалось проверить возможность создания структурной цепочки: преподаватель — студент — школьник.

И вот эксперимент на одном из потоков. Общая формулировка задачи — каждый хорошо и отлично успевающий студент должен стать активистом НИРС. А таких на потоке семьдесят. Подавляющему большинству рекомендуется руководство работой школьника в кружке НОУ.

Первая реакция — отрицательная. Зачем это нужно? Некогда! Где взять школьника? Я ходил, уговаривал, а они не хотят! (Уговариваем, объясняем, настаиваем. Помогает то, что актив потока, «олимпи-адники», уже познали радость такой работы, в прошлом году организовывали олимпиаду абитуриентов.) Наконец лед тронулся. В назначенное время в аудитории усаживаются парами. Идет собеседование.

Школьник рассказывает о своих успехах, какие предметы больше всего нравятся, куда думает поступать. Вместе придумываем тему работы, список литературы, договариваемся о консультациях. Очередная встреча школьника с преподавателем произойдет лишь через полгода, вся работа будет проходить под руководством студента.

Принцип работы прост — освоить что-то новое, соотнести это новое с проблемами будущей специальности, сделать пусть маленькое, но открытие.

И вот апрельская конференция. До нее дошли лишь около сорока из шестидесяти. Давайте послушаем их сообщения.

Группа учащихся освоила метод расчета на ЭВМ и построения объемных изображений, разработанный в институте, подготовила два стереослайда. Они войдут в готовящееся к изданию пособие.

Двое любителей радиотехники собрали простейшую аналоговую машину, которая успешно решает дифференциальные уравнения.

Еще двое ребят построили цикл номограмм для всего школьного курса физики. Эти номограммы могут стать полезным учебным материалом.

Девушка освоила теорию вероятностей и изучила на примере своего класса связь между пропусками занятий и успеваемостью.

Из сорока представленных работ — половина с элементами исследований, остальные — рефераты, показывающие, как применяется математика в избранной ими специальности. А общение со студентами — взаимовыгодно. Для школьника это лучшая возможность познакомиться со всеми проблемами, задать вопросы, которые он вряд ли стал бы выяснять в «официальной» приемной комиссии. Для студента — возможность проверить себя в общественно полезном деле, получить первый опыт руководства еще на первом курсе. Эксперимент в целом можно считать получившимся. Можно теперь выходить на общеинститутский уровень, добиваться того, чтобы ежегодно до 1,5—2 тысяч школьников становились активными членами НОУ. Но такая работа может быть осилена лишь совместными действиями кафедр и комитета ВЛКСМ.

Впрочем, что значит — активными? Новая структура НОУ должна выглядеть теперь трехступенчатой. Первый — массовый уровень — обеспечивают олимпиады. Совместно с обкомом, горкомом комсомола и рядом вузов студенты ОмПИ под руководством преподавателей соответствующих кафедр начали проводить цикл предметных олимпиад. Сейчас отработана и реализуется идея командного первенства школ города на кубок ГК ВЛКСМ. Команда из пяти человек отстаивает честь школы именно как команда. Ребята садятся вместе, могут распределять между собой работу, обсуждать решения — делать все, что в традиционных «личных» олимпиадах запрещается. Сама идея таких олимпиад родилась на вузовском уровне, и в соответствующей главе мы обсудим достоинства этой идеи. А пока — факт. Командные олимпиады собирают сейчас намного больше школьников, чем личные; интерес к ним у участников выше.

Второй уровень — профориентационные школы. «Юный железнодорожник», «Юный медик», «Четверговая математическая школа» — уже существуют ряд лет в вузах города. Цель — знакомство со специальностью и одновременно углубление знаний в определенных разделах школьных дисциплин.

Наконец, третий уровень — непосредственно кружковая работа исследовательского типа.

Традиционно лучшие кружковцы награждались «Рекомендациями». Небольшой бланк за подписью проректора, скрепленный гербовой печатью вуза, свидетельствовал о том, что ученик имярек принял активное участие в работе кружка при такой-то кафедре и рекомендуется для поступления в вуз. В прошлые годы мы выдавали ежегодно 40—50 таких «Рекомендаций», в отдельных случаях (если школьник попадал в «разрезной балл») они учитывались при зачислении. Задача, стоящая сейчас, развить систему работы со школьниками, при которой такая «Рекомендация» в документах абитуриента будет почти повсеместным правилом.

НОУ, олимпиады — это хорошо, но как вовлечь в профориентационную работу сельских школьников? Молодых рабочих? Учащихся ГПТУ?

Очередная идея, родившаяся в процессе этого разговора, — конкурс рефератов «Моя будущая специальность». Все казалось разумным и осуществимым. Собираются школьники поступать на специальность «радиотехника». Пусть поработают над литературой, побеседуют со знакомыми. А потом напишут нечто вроде домашних сочинений, в которых расскажут о своей будущей специальности, книгах, которые прочитали, проблемах, которые увидели. Сочинения по почте пришлют в институт, и молодые ученые прорецензируют эти работы, отметят лучшие, представят к награждению «Рекомендацией».

Сказано — сделано. Областная молодежная газета опубликовала завлекательный призыв к участию в конкурсе... и через некоторое время в оргкомитете лежали только две работы. Эксперимент провалился. Идее не хватило продуманности. Для того чтобы конкурс «сработал», он должен быть комплексным. Почему сочинение должны писать только поступающие в ОмПИ? И в адрес областного совета молодых ученых и специалистов, облоно высказывается предложение — пусть все десятиклассники пишут такое сочинение. Учителя выставят оценки за стиль и грамотность, а потом сочинения высылаются в оргкомитет. Здесь их сортируют — вузы, забирают свои работы, управление профтехобразования — свои. Советы молодых ученых и специалистов на каждом предприятии знакомятся с работами, награждают лучшие из них рекомендациями, приглашениями. Организованный таким образом конкурс становится управляемым, а поэтому должен получиться. Значит, надо работать...

Проблем много, и каждая из них ждет своего решения. Выпускник ГПТУ — абитуриент вуза. Сегодня это еще исключение из правил, но завтра...

— Есть ли в твоем ГПТУ ребята, которые могли бы учиться у нас?

— Довольно много.

— Почему же они не поступают?

— Обычно боятся. Им кажется, что они получили образование «второго сорта». (Из беседы со студентом ОмПИ, выпускником ГПТУ.)

Через несколько лет до 10—15 процентов поступающих во втузы будут выпускники ГПТУ. Значит ли это, что потребуется снижать требования к поступающим? Приведенная беседа утверждает — отнюдь нет. Проблема скорее в области психологии — убедить ребят в качественности полученных ими знаний. Как это сделать? Об этом нужно думать уже сейчас. Ленинградский университет провел не так давно первую олимпиаду для учащихся ГПТУ, этот факт широко осветила центральная пресса.

Что предложат омичи?

Первая командная олимпиада ПТУ города по математике, проведенная студентами политехнического и педагогического институтов под руководством ОК ВЛКСМ и областного управления профтехобразования, прошла в 1980 году успешно и стала базой, на которой укрепляется содружество. Всего пять лет назад такая деятельность вузов вызвала бы недоумение — зачем это нужно?

Летит время, и не отставать от него удается лишь думающим. Думать о будущем, приближать его своими делами — не в этом ли призвание комсомола и юношества?

 


***

КАК ПРИВИТЬ ВКУС К УЧЕБЕ?

Прозвенел звонок, и из аудиторий выбегают самые обычные первокурсники. Аккуратно подстриженные и заросшие буйной шевелюрой, одетые в джинсовые костюмы и в простые пиджачки, подвижные и немного флегматичные. Выберем из этого многообразия лиц, характеров, костюмов одного представителя и отведем его в сторонку. Посмотрите на него. Перед вами — инженер XXI века! А что же здесь удивительного? Давайте посчитаем: сейчас ему семнадцать. Допустим, он успешно окончит институт, распределится на работу в цех или КБ. К моменту расцвета его творческих сил ему будет 50 лет. А это уже второе десятилетие XXI фантастического века!

Даже повседневная, знакомая до мелочей, бытовая техника с каждым годом все быстрее изменяет свое лицо, и в этом — отражение скоростей перестройки всей промышленности.

Юность пятидесятилетних — в быт входили ламповые радиоприемники, юность сорокалетних — память о телевизорах, появляющихся в отдельных семьях. Воспоминание тридцатилетних — чудо шариковой ручки, привезенной товарищу братом-журналистом из-за рубежа.

Портативный магнитофон и стереопроигрыватель, электронные часы на руке и миниатюрная ЭВМ в портфеле — черта быта нынешних двадцатилетних. Современный этап научно-технической революции — такое словосочетание скрывает за собой грандиозные сегодняшние и завтрашние перемены нашей жизни.

Мы удивляемся прозорливости Жюля Верна, сумевшего сделать гениальные пророчества о возможностях существующей сейчас техники. Современным фантастам труднее: слишком рискованно получить справедливый упрек в заземленности идей.

В самом деле, полистайте научно-фантастические рассказы конца пятидесятых — начала шестидесятых годов. Сколько из них, вызывавших у юношей тех лет жадный интерес своими дерзновенными описаниями грядущей техники, покажутся вам с позиций 1980 года просто наивными — это уже есть, об этом уже сообщала наша пресса, это мы видели собственными глазами.

Фантастам проще, чем педагогам. Технические прогнозы — не главное в современной фантастике. А вот перед высшим учебным заведением стоит реальная практическая проблема — готовить инженера XXI века, человека, который будет работать с техникой, и в фантастической литературе-то еще не описанной...

Есть два пути совершенствования системы образования. Один — эволюционный — отличается добавлением все новых и новых курсов, расширением рамок изучаемого в традиционных предметах. То есть постепенным нарастанием сообщаемой информации.

Путь этот высшей школой, кажется, пройден до конца. Постепенно возрастая, нагрузки и студентов, и преподавателей достигли предела. Объем литературы, которую студент должен прочитать, законспектировать, уяснить, осмыслить, подчас просто не позволяет молодому человеку проявить добросовестность. Халтура и легковесность в учении — отнюдь не всегда следствие дурных черт характера, иногда это вынужденные реакции на информационные перегрузки.

Второй путь — революционных, качественных перестроек — только начал внедряться в вузах страны. Центральные идеи этой перестройки не совсем привычны.

Еще несколько лет назад обучение инженерной специальности предполагало усвоение массы конкретных сведений и навыков. Техническое описание конкретного вида станка, технологическая схема производства конкретной продукции занимали солидную часть учебного времени. Но уже сейчас, как отмечают выпускники института прошлых лет, такие знания нередко оказываются бесполезным грузом: придя на производство, молодой специалист с удивлением обнаруживает, что изученный станок отправлен на переплавку, а технологическая схема морально устарела.

Поэтому первая идея — перейти от конкретной информации к ее укрупненным обобщениям. Учить не компоновке станков, а общим принципам их работы, не конкретной технологии, а общим принципам ее создания. В этих условиях неожиданно предметы, бывшие ранее общеобразовательными, становятся в раздел важнейших, определяющих уровень профессиональной подготовки. Усиление фундаментальной, в том числе физико-математической подготовки,— вот вторая идея преобразований.

Становится ясно также, что недостижима мечта — успеть за пять лет обучения в вузе овладеть всей огромной информацией, которая потребуется будущему специалисту в период его активной работы. Быстрая смена оборудования, технологии, материалов неизбежно повлечет за собой необходимость постоянного повышения квалификации специалиста и, следовательно, потребность в самообразовании. Поэтому акцент в обучении смещается от накопления и передачи определенной информации к развитию навыков самостоятельного обучения, освоения и практического применения новых теорий.

Но мало научить, нужно создать условия, при которых такая деятельность становится для будущего инженера внутренней потребностью. Поэтому задачи обучения являются одновременно и задачами воспитания. Студент не сосуд, который надо наполнить, а факел, который нужно зажечь. Эта опоэтизированная педагогическая заповедь древних — теперь краеугольный камень современной высшей школы.

Вуз смотрит в XXI век. Для полного и комплексного внедрения этих передовых педагогических идей потребуются еще многие годы, но первые черты вуза будущего столетия уже проступают в конкретных делах и планах. В них намечается своеобразное распределение обязанностей между преподавательским коллективом и комсомольской организацией. Каждая сторона разрабатывает свой участок работы, и комсомол отвечает за исключительно важное направление — создание духовной атмосферы, атмосферы творчества в учебе.

Недооценка возможностей комсомольской организации, как, впрочем, и переоценка ее сил неоднократно сводили полезное действие новых мероприятий до нуля. Если же требуемые пропорции удавалось соблюсти, закладывались новые, эффективные традиции, появлялись новые, успешные дела.

...Каждая сессия разбивает всю армию студентов на четыре категории. Не сдавшие один или несколько экзаменов характеризуются академическим термином «неуспевающие». Загадочна и, к сожалению, довольно многочисленна армия троечников, в зачетке которых наиболее распространена оценка «уд. Кажется вполне благополучной категория «хорошистов», и нет ни малейших претензий к гордости деканатов и кафедр — студентам, для которых оценка «отлично» на экзаменах естественна, как приход весны после зимних морозов.

Вспоминается меткая фраза О. Уайдлера «Определить — значит ограничить». Да, всякая попытка классификации, укладывания бурной противоречивой жизни в прокрустово ложе схем неизбежно сопровождается утратой оттенков и нюансов. И все-таки с классификации начинается всякая попытка систематизировать наметки, наблюдения о конкретном" «чем-то».

Перед нами — анкеты отчисленных. Их много, и только одна заполнена старшекурсником — основное отчисление происходит в первые два года студенческой учебы. Еще одна раскладка анкет, еще один подсчет — половина пришла в вуз из средней школы, остальные — определяются общим термином «производственники». Это и те, кто проработал несколько лет на предприятии, и те, кто после выпускного школьного вечера ушел служить в ряды Советской Армии, и те, чей рабочий стаж исчисляется пятью-шестью месяцами. И все-таки сопоставление официальных данных о «проиаводственниках» и об общей массе первокурсников показывает: около трети из них не выдерживают стремительных ритмов студенческой жизни. С них и начнем мы наш анализ.

Нужен ли «производственник» вузу? Ответ, конечно, однозначное да. И дело не только в том, что такие ребята — большие реалисты при выборе жизненных путей. Как показывают данные социологических исследований, до 60 процентов абитуриентов, принесших документы в приемную комиссию вуза сразу по окончании школьных экзаменов, туманно представляют себе суть инженерной деятельности вообще и конкретной выбранной специальности в частности. У «производственников» этого нет. Данный факт подтверждают как анкеты «рабфаковцев» — юношей и девушек, посланных на подготовительное отделение предприятиями, так и анкеты отчисленных; сама специальность по-прежнему привлекает их. Но, как мы уже говорили, не только этот факт делает «производственника» желанной личностью на дневном отделении института.

«Рабфаку» в ОмПИ — второй десяток лет. Созданный в порядке эксперимента за год до того, как подготовительные отделения стали неотъемлемой частью вузовского образа жизни, нулевой курс ОмПИ дал институту за эти годы около полутора тысяч студентов. До 90 процентов старост, до 60 процентов комсоргов, командиры и комиссары стройотрядов, активисты профкома и комитета ВЛКСМ — вчерашние «рабфаковцы».

Жизненная закалка, производственный опыт будущего командира производства ценны и сами по себе. Но ценно и то, что все стороны институтской жизни и (даже!) успеваемость выиграли от роста доли «производственников» в массе студентов.

Повышение успеваемости — нет ли здесь противоречия с написанным выще? Вспоминается один из многих примеров.

К концу первого курса группа практически развалилась. Умудриться получить по пятнадцать «неудов» на каждом из трех экзаменов — такого ЧП в институте давно не бывало. Атмосфера подавленности и безысходности ощущалась каждым, знакомившимся с группой в этот момент. То же ощущение возникло и у трех девушек, переведенных в эту группу с вечернего отделения. В свое время они поступали на эту же специальность, не прошли по конкурсу и стали «вечерниками», осваивая одновременно рабочие профессии на одном из заводов. Им было очень трудно, но они успешно окончили два курса и перевелись на второй курс дневного отделения. «Мы просто поразились,— рассказывали потом девушки,— как могут наши новые товарищи быть настолько безразличными к себе и другим, как могут бесцельно тратить время на тоскливые жалобы друг другу на то, что все плохо складывается и ничего уж невозможно сделать».

Девушкам потребовался месяц, чтобы сломать сложившиеся порядки. Уговоры, убеждения, принципиальная критика — они повели за собой ранее пассивный «актив». Наладили взаимопомощь, постарались понять беды каждого двоечника — и чудо свершилось! Нет, группа не стала маяком, ненамного возросло количество хорошистов и отличников. Но группа вышла из прорыва, обретя оптимизм и целенаправленность действий, атмосферу участия и товарищества.

Вот такая история случилась несколько лет назад в одной из групп. Мы рассказали ее лишь потому, что поведение «производственников» в этой экстремальной ситуации наблюдается особенно отчетливо. Но в каждой группе, где есть люди с рабочей закалкой, их упорство, умение жертвовать интересными делами ради главного — учебы, позволяют воспитывать коммунистическое отношение студентов к труду конкретными примерами.

И все-таки на младших курсах «производственнику» трудно. Ему мешают пробелы в школьных знаниях, неумение привыкнуть к темпам учебного процесса и, иногда, психология. (Чтобы дело спорилось, нужно испытывать от него удовольствие, а оно появляется, когда дело спорится.) Возникает порочный круг — хватается человек за одно задание, только разобрался в нем — пора второе сдавать, а тут и третье на горизонте. Да еще приходится иногда «подрабатывать» на стороне — стипендии не хватает, возраст и рабочая гордость быть на иждивении у родственников не позволяют...

Личные наблюдения за деятельностью инженеров на современном производстве лучше, чем их отсутствие, но тоже не всегда создают реальные представления о том, что инженеру нужно как воздух, а что преподается для «общего развития». «Производственник» нередко не учитывает, что его наблюдения касаются вчерашнего и сегодняшнего дней производства, которые не во всем экстраполируются на будущее.

Действительно, инженер-практик нередко обходится без математики, физики, химии, иностранных языков, причем, далеко не всегда квалификацию такого инженера следует признать низкой (исходя именно из задач сегодняшнего дня). Отсюда — осторожное отношение к общеобразовательным дисциплинам (а именно они преимущественно — его сфера деятельности на младших курсах) и пониженные притязания — «тройки вполне достаточно». Но когда человек претендует лишь на «три», появление «неудов» не исключено.

Так появляются неуспевающие «производственники». Формулировки приказов на отчисление «по семейным обстоятельствам», «в связи с болезнью», «по собственному желанию», как показали социологические исследования, в большинстве случаев маскируют разочарование в собственных силах, усталость от систематических «завалов» сессий, стыд от непривычного ощущения «хуже, чем все».

Диагноз поставлен, а каково лечение? Требуется убеждать еще многих: и преподавателей, и администраторов, и комсомольских работников, что нужен комплексный подход, разумное распределение функций. Вот, например, заведомо неудачный путь — система дополнительных консультаций, практикуемая во многих вузах. Она позволяет лишь незначительно индивидуализировать учебный процесс, а значит, не доводит дело до конца. Не учтены и психологические факторы: нужно убедить человека, что изучаемое — хлеб выбранной профессии, привить оптимистический взгляд на собственное студенческое бытие, показать перспективы упорного труда, взаимопомощи.

 

*** Сложности и трудности воспитания вовсе не в том, что изобилие материальных и духовных благ таит в себе какую-то опасность. Просто чем больше радостей жизни даем мы молодому поколению, тем заботливее и настойчивее должны вкладывать в юные сердца те моральные ценности и богатства, те святыни, без которых жизнь превратится в прозябание.

В. А. Сухомлинский

 

Вторая разновидность неуспевающих значительно меньше достойна соболезнований. Как правило, история их «падения» начинается со случайного попадания в институт («настояли родители», «друг пошел поступать, и я с ним», «я умею только учиться, боюсь идти на производство, служить в армии»). Затем — появление «хвостов» из-за школьной привычки переносить неприятные дела на завтра. Далее не очень уверенная попытка исправить положение и окончательный переход в категорию «закоренелых». Что можно сделать с ними? Наверное, начинать надо со школы. Только большая и упорная ежегодная работа комсомольской организации с новым набором позволит до минимума свести число случайно попавших в вуз. Как это сделать — мы обсуждали уже раньше.

Высшее образование в США построено на принципах, совершенно отличающихся от наших. В последние годы взаимное знакомство и попытки перенести полезный опыт становятся все более настойчивыми. Американцы переняли у советской высшей школы систему производственных практик и специализированных школ при университетах, организацию олимпиад для школьников — в той мере, насколько это возможно при их условиях. Но есть и в педагогической практике США то, что заслуживает нашего внимания. В отдельных американских вузах студент может пересдать экзамен лишь после того, как заново прослушает уплотненный курс лекций. Причины, по которым такая практика существует,— различны. Здесь и платность обучения, и стремление преподавателей «сделать бизнес» в период летних каникул, но здесь и учет психологии. Если студент не подготовился и не сдал экзамен вовремя, вместе со всеми, то маловероятно, что он сумеет подготовиться к нему сам, без чьей-то помощи.

Нечто подобное наблюдается у наших студентов. Успешно сдавшие сессию отдыхают, задолжник пытается подготовиться к экзамену самостоятельно. Ощущение неблагополучия не способствует восстановлению сил, с муками задолженность ликвидируется к середине очередного семестра, а накопленные к этому времени долги обрекают студента на очередные неприятности. Разорвать порочный круг можно одним способом — энергично и настойчиво заново проштудировать курс в сжатые сроки под чьим-то руководством. Но под чьим? Опять пора обращаться за помощью к отличникам.

Причина многих неудач — отсутствие силы воли, настойчивости, собственное разгильдяйство и безалаберность. Не успевающий по этим причинам студент нарушает Устав ВЛКСМ. Однако просмотрим персональные дела, рассматривавшиеся комитетом комсомола за год. Аморальное поведение, невыполнение комсомольских поручений в стройотрядах и культурно-массовой работе — дисциплина укрепляется везде, кроме непосредственно учебы.

Вот и отчисленные в анкетах указывают меры наказания, предшествующие роковому приказу. Выговор по деканату и оставление на повторный год обучения, выговор с предупреждением — комсомольские взыскания отсутствуют. Работа с людьми не должна сводиться к наказаниям, это ясно всем. Но без укрепления дисциплины любая работа может свестись к халтуре.

Иногда говорят, что новое — это основательно забытое старое. Все мы читали «Двух капитанов», все, наверное, помним сцену суда над Евгением Онегиным.

Однажды стены коридоров института усеяли броские объявления. Комсомольская организация механико-технологического факультета извещала о суде. В назначенное время зал был заполнен. Шепотом передавали друг другу, что судить будут двоечников и троечников, все это — театрализованное представление, что-то вроде КВН. Кое-кто хихикал, ожидая развлечений.

Комсомольское бюро хорошо подготовилось к мероприятию. Сначала зал одобрительно принимал остроумных и подыгрывающих публике представителей «золотого студенчества». Но все новые цифры и факты приводил обвинитель. С каждым отчисленным на несколько тысяч рублей обкрадено государство, где-то на заводе не получат нужного специалиста, на студенческую скамью, занятую разгильдяем, не смог сесть тот, кто принес бы обществу пользу. Выступает свидетель — преподаватель сопротивления материалов. На фактах доказывает он, что лодырь украл у него часы, которые тот мог бы посвятить научной работе, общественным обязанностям, семье. Еще один свидетель — комсорг — говорит об атмосфере равнодушия, в которой произошло окончательное разложение лодыря. И постепенно зал становится на сторону обвиняющих и овацией встречает приговор.

Как повлияло это мероприятие на успеваемость? Измерить пользу трудно, но ясно, что суд способствовал созданию атмосферы личной ответственности каждого за учебные показатели групп. Одно такое, даже прекрасно организованное представление, существенно положение дел не улучшит, но в комплекс мероприятий комсомольской организации по повышению качества учебы оно входит как патрон в обойму.

Что не позволяет считать успешной работу комсомольской организации института по организации учебного процесса? Непродуманность и поспешность, неумение доводить дело до конца, текучка, слабые связи с администрацией и другими общественными организациями (впрочем, в последнем повинен не только комсомол).

Челябинский политехнический институт имени Ленинского комсомола — вуз передовой, есть чему у него поучиться комсомольским организаторам. Вот, например, учебный процесс. Студенты такие же, как в ОмПИ, уровень требований экзаменаторов такой же, а качество знаний у уральцев на 10 процентов выше. Как это удается?

Метод уральцев был прост. Элементарный расчет показал, что до 18 процентов студентов получают в сессию наряду с хорошими и отличными оценками одну «тройку». Только тот, кто ни разу не сдавал экзаменов, думает, что случайности на них исключены. Конечно, «неуд» у отличника и, наоборот, отличная оценка у разгильдяя и лодыря встречаются лишь в студенческом эпосе. Но вот небольшое недомогание, избыточнее волнение не так уж редко служат причиной оценки удовлетворительной там, где знания вполне хорошие.

Казалось бы, важны знания сами по себе, а не оценки. Так думают многие студенты, не стремясь к пересдаче неудачного экзамена, да и инструкция не очень одобряет подобные пересдачи. Кое-кого эта «тройка» вполне устраивает — в большинстве случаев на стипендии она не отражается...

Но видели бы вы сцену в коридоре возле экзаменационной аудитории и торжествующего обывателя-троечника: «Ну и чего ты добился,— с саркастическим соболезнованием приближается он к студенту,— весь семестр занимался, задания в срок сдавал. А я за это время на гитаре играть выучился, на танцы ходил. Главное — результат, а он у нас одинаковый!»

Изобретение челябинцев — «штаб сессии» — имеет много направлений работы, но главное из них — борьба с обывателем. После того, как сдан последний экзамен, студент предстает перед штабом — общественной организацией, которая анализирует итоги сдачи сессии, работу в семестре студента. И если полученная им «тройка» — действительно случайность, штаб ходатайствует перед деканатом, экзаменатором о пересдаче. Иногда результат сохраняется, но чаще — улучшается. И это правильно и справедливо, потому что во многих случаях позволяет сохранить повышенную жажду знаний и не менее важное стремление качественно отчитаться за результаты хорошего труда.

Словом, новинка нам понравилась, и захотелось ее внедрить. А вот результаты этого внедрения оказались весьма поучительны.

Энтузиастом внедрения «щтаба сессии» на одном из факультетов ОмПИ стала энергичная девушка — второкурсница, председатель учебно-воспитательной комиссии. За плечами у нее уже было несколько успешных общественных дел, и это — тоже казалось вполне посильным.

Сначала все шло без осложнений. Проанализированы итоги сдачи прошлых сессий — удалось убедиться самой, что резервы есть. На потоке в каждую сессию набиралось до тридцати человек, чуть-чуть не дотянувших до включения в графу «сдавшие хорошо и отлично». Пусть лишь половина из них потенциально подготовлена к пересдаче, пусть лишь половина из этой половины добьется успеха — 7—8 процентов прироста качества станут достойной наградой за труд УВК.

Камнем преткновения стала психология. Факультет никогда не отличался высоким уровнем учебной дисциплины, и многие из студентов, к которым она обращалась с просьбой высказать свое мнение, отнюдь не одобряли эту новинку. Позади был трудный год, впереди — простор стройотрядов, спортлагерей, просто отдых... многие отделывались ничего не обещающим «там видно будет».

Не воодушевился и зам. декана, который курировал избранный для эксперимента поток. Как бы то ни было, а массовые пересдачи требовали нарушения инструкции, веры же в эту задумку у него не было. Член факультетского партбюро, в принципе одобрявший идею, не смог энергично и своевременно включиться в этот эксперимент. Одобрением идеи ограничилось и бюро ВЛКСМ.

 

*** Высшая школа призвана воспитывать у специалистов стремление к постоянному обогащению и обновлению приобретенных знаний, что должно стать непреложным правилом всей их жизни и деятельности.

Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по дальнейшему совершенствованию высшего образования в стране».

 

Само название «штаб» предполагает крепкие двусторонние связи с подразделениями, четкую и ритмичную работу, единство мнений и взглядов разработчиков операции. Такого штаба создать не удалось. Результат, как и следовало ожидать, сохранился на уровне прошлых сессий.

«Сердцем» эксперимента на другом факультете стал деканат. Задолго до сессии собрался треугольник группы. В этой встрече наряду с администрацией участвовали члены комсомольского и профсоюзного бюро, представители УВК. Разговор шел вокруг группового журнала успеваемости. О каждом студенте группы формировалось мнение — есть ли у него возможность сдать сессию без «троек», что вызывает наибольшие опасения. Подводился итог — и формировались показатели группы, выдавался план-задание на сессию. Словом, все делалось так, как и должно было делаться.

После сессии шли беседы в группах, беседы со сдавшими сессию досрочно, беседы с потенциально пригодными для направления на пересдачу. Штаб работал четко и деловито. Итоги работы: качество возросло на 7 процентов.

Какие проблемы могут быть с отличниками? Оказывается, есть. Далеко не всякий отличник пользуется авторитетом у студентов, отзывы о некоторых, вполне благополучных с точки зрения преподавателя отличниках, бывают прохладные и даже неприязненные.

Студенты недолюбливают ограниченных отличников, для которых высшая оценка на экзамене заслоняет все общественные дела. Высокомерные обладатели повышенных стипендий, сквозь зубы объясняющие непонятные вопросы конспекта «середняку», тоже справедливо критикуются товарищами. Зато очень высок в студенческой массе авторитет отличника, который учится — как поет, и товарищ хороший. Не случайна любовь к именным стипендиатам, которые успевают и учиться отлично, и научные проблемы решать, и в комсомоле правофланговые. Не случайно отличники — победители олимпиад и конкурсов научных работ популярны в институте не меньше, чем звезды самодеятельности.

Максимально вовлечь отличников в общественную работу помогают советы отличников, учебно-воспитательные комиссии, советы по научно-исследовательской работе студентов, созданные при комитетах и бюро ВЛКСМ. Как передать опыт лучших, добиться его широкого распространения?

Диалектический взгляд на вещи требует от человека прозорливости. Через успехи, ошибки, суматош-ность сегодняшнего учебного процесса проглядывают черты будущего вуза. Посмотрите внимательно вокруг — видите ли вы ростки грядущего века?

 


***

МОНОЛОГ КУРАТОРА ПОСЛЕ ЛЕТНЕЙ СЕССИИ

Сам я, вспоминая студенческие годы, что-то не помню, чтобы куратор (а и тогда их назначали) играл какую-то роль в нашей группе. Мы самоуправлялись, и выработанное чувство ответственности (хочешь, чтобы было хорошо в группе, придумай и сделай сам) ох как помогло мне в первые годы работы преподавателем! И дело не в том, что любому вузовскому работнику постоянно не хватает времени— учебная нагрузка, занятия наукой, семья, а тут еще становись «классной дамой». Слишком уж стали проникать в вуз методы средней школы, а это далеко не всегда хорошо. Излишняя опека иногда дает внешне неплохие результаты, но сказывается на воспитании самостоятельности. Вот и кураторство, если его понимать буквально, может замедлить процесс становления личности — и студент привыкнет кивать на няньку.

Ну, а если с другой стороны посмотреть?

Передо мной лежат результаты исследований социологической лаборатории при комитете ВЛКСМ ОмПИ.

1514 рублей — столько в среднем затрачивает государство за год на обучение одного студента Омского политехнического. К сожалению, не все они оканчивают институт успешно. Многие из них отчисляются как с первого, так и с более старших курсов. Если бы удавалось сохранить даже по одному отчисленному в год, эффект был бы сопоставим с внедрением в условиях большого завода неплохого рацпредложения. А если десять? Сто?

Я отнюдь не сторонник решения этой проблемы на пути снижения требований к студентам. Как показывает практика, нет ничего вреднее этого в деле воспитания будущего командира производства. Я — за поиск корней проблемы и планомерное, настойчивое решение ее, подсказанное исследованиями, практикой.

Основное отчисление ведется с первых двух курсов. В чем же дело? И вот тут-то могут кое-что подсказать результаты социологических исследований отчисленных, проведенных комитетом ВЛКСМ ОмПИ.

Терять отчисленным нечего. Могли бы пожаловаться на необъективность преподавателей и деканата, трудные условия и т. д. Но вот парадокс, такие ответы есть всего в трех анкетах. Остальные распределяются на две группы: «понял, что попал не туда, разонравилась специальность» — до 60 процентов отвечавших, и «неравномерно занимался в семестре, недобросовестно относился к занятиям» — около 40 процентов.

А как они оценивают группу, из которой пришлось уйти? До 50 процентов отмечают: «группа была недружная, каждый был сам за себя» или же «группа была дружная, но на учебу друг друга серьезного внимания не обращали».

Вот эти данные так же, как и наблюдения, которые может провести любой преподаватель, работающий на младших курсах, говорят — здесь корни. У нас хорошие студенты, но, чтобы они стали лучше, им нужен старший товарищ, который не будет «нянькой», но сможет что-то подсказать, посоветовать, что-то помочь сделать. Нужен куратор, который умело руководит процессом социального развития студенческой группы.

Социологи справедливо считают, что ни одна малая социальная группа коллективом сразу не становится. В процессе развития такая группа проходит несколько стадий (а иногда на одной из стадий и останавливается). Набранная по итогам вступительных экзаменов группа находится на стадии, называемой номинальной: нет психологических связей, органов самоуправления, опыта совместной деятельности и т. д. Впрочем, деканат уже подыскал старосту. В последние годы все чаще и чаще становится правилом — староста отбирается из «производственников», выпускников рабфака. Как показывает опыт, это хорошо, но... не всегда. Исследования показали, что и у деканов, и у студентов имеются во многом совпадающие точки зрения на качества «идеального старосты», но отнюдь не все рабфаковцы этими качествами обладают.

Разработать и внедрить методику тестирования кандидатов на должность старосты — дело отнюдь не безнадежное. Просто этим никто не занимается. А ведь зависит от старосты многое. Наблюдательный преподаватель вряд ли приведет пример, когда «плохую» группу возглавляет «хороший» староста или наоборот.

Проходит несколько недель, и появляются «официальные лидеры» — комсорг, профорг. Возникают «микрогруппы», появляется первый опыт совместной работы — наступает новая стадия развития, названная социологами ассоциацией.

«Нет худа без добра» — говорит народная мудрость. Вынужденная отправка первокурсников на сельхозработы имела и определенные достоинства. Совместный труд на полях, в зернохранилищах позволял ускорить и качественно изменить процесс взаимного знакомства. Ну, а сейчас, когда первокурсники сразу начинают учиться, этот процесс замедляется и затрудняется. Комсоргом становится иногда «оратор» — истинная цена его на сельхозработах обнаружилась бы быстрее. В сложное положение попадают «производственники» — процесс взаимного знакомства происходит в той сфере, где они чувствуют себя наиболее неуютно, так как почти всегда имеют более слабую учебную подготовку, чем вчерашние школьники.

И вот именно в этот момент развитие группы подходит к «вилке». Удачными оказались выборы и назначение треугольника, создалась доброжелательная атмосфера в группе — процесс роста ускоряется, к началу второго курса группа может перейти на новый уровень — кооперации, весьма близкий к высшей стадии развития — коллективу. Не получилось — могут возникнуть конфликтные микрогруппы, в бесплодных собраниях угаснет стремление желающих оживить жизнь группы, а вместо нацеленного на важные задачи коллектива возникнет группа индивидуалистов, связанных не общей, а одинаковыми целями — получить диплом. Это — тупиковая ассоциация; такие группы нуждаются в управлении извне, в «лечении» их.

Планов социального развития студенческих групп еще не существует, но интерес к ним большой, важность этой проблемы понимают все. Не случайно в «Комсомольской правде», «Студенческом меридиане», «Молодом коммунисте» и других печатных изданиях все чаще появляются материалы под девизом «Как живешь, группа?», не случайно задача изучения процессов становления студенческих коллективов и управления ими поставлена XVIII съездом ВЛКСМ.

Вот назначают меня в октябре куратором в группу второкурсников. Прежний куратор практически не работал с группой, но тем не менее вполне симпатичная группа мне досталась. Предшественника извинить можно — он преподаватель профилирующей кафедры, учебный процесс в этой группе будет осуществлять лишь года через два, для него кураторство над первокурсниками — вещь куда более тяжелая, чем для нас, ведущих занятия в этой группе. Как бы то ни было, а начинать работу в группе с нуля приходится. Одно дело, когда знал я группу в качестве руководителя практических занятий, теперь же нужно достигать качественно иного уровня знаний. Поговорил с деканом, преподавателями, журналы семестровые посмотрел, личные карточки полистал.

Весь октябрь оставляю после занятий по два-три человека, беседуем. Беседа, как пишет Даль, есть разговор на свободную тему, но кое-какие вопросы для себя систематизировал.

  1. Почему поступил на эту специальность? Когда сделал выбор? Кто помог сделать выбор?
  2. Как учился в школе?
  3. Члены семьи, материальное положение, взаимоотношения?
  4. Чем увлекался раньше и чем сейчас?
  5. Как представляет себе будущую работу? Кем бы хотелось стать, где работать?
  6. Почему недобрал баллы в прошлую сессию, что помешало?
  7. Идея у меня появилась: на кураторских часах дать слово каждому. Тема выступления «Каждый студент — личность». Задача — показать «самое-самое», на что способен. Что смог бы?
  8. Какую последнюю книжку прочел? Как часто читает?
  9. Ну, а как насчет кино? Театров? Если иногородний, был ли на экскурсии по городу? В музее?
  10. О чем хотел бы услышать на кураторских часах?

Завершил я цикл бесед, сел вечерком за чистый лист бумаги и написал для внутреннего пользования шесть выводов.

  1. Сдали ребята зачет «Введение в специальность», а представления о профессии все-таки туманные. Интерес, конечно, большой — надо подумать о мероприятиях...
  2. Атмосфера в группе «добродушная», точнее не скажешь. Хорошо относятся к отличникам, хорошо — к двоечникам. Треугольник — не идеален, я бы по-другому его сформировал. Комсорг хорош. За плечами армия, производство, обстоятелен, грамотен. Однако либерал, обострять отношения не любит. Староста — добродушный и немного неорганизованный отличник, но за дело болеет. Профорг — никуда не годен — инициативы от него никакой не дождешься, да вдобавок и нытик. Девушки (а их в группе пять) как-то особняком держатся, еще несколько человек в основном парами. Есть над чем поработать...
  3. Довольно много в группе отличников и хорошо успевающих. А вот помощь «середнякам» далеко не все оказывают. И «середняки» иногда неуважительно отзываются: «К нему подойдешь, а он отфутболивает, мол, сам не разобрался. А через десять минут у доски отвечает, аж от зубов отлетает».
    Что это, из школы?
  4. Большинство ребят, в том числе и отличники, все-таки мало читают. Многие забросили школьные увлечения — занятия живописью, коллекционирование и т. д. — некогда.
  5. И все-таки есть живущие активной жизнью, но идет она как-то за рамками группы. Есть скрипачи и альпинисты, любители фантастики и художники, а в группе и не знают даже об их достоинствах.
  6. Есть восстановленные после академического отпуска, уже поучившиеся в других вузах. Я же говорил — обычная группа.

Что такое кураторский час — сформулировать трудно. Сегодня это беседа, завтра — производственное собрание, через месяц — лекция интересного человека. Составил план, к чему буду стремиться. Первая задача — профориентация. Наметил пригласить в гости доцента с профилирующей кафедры, выпускников из цеха, НИИ и обязательно кого-нибудь, изменившего профиль работы. С доцентом просто — товарищ, стоило его позвать, с удовольствием пришел. Личность незаурядная — тридцать лет, а уже зам. декана, делегат XVIII съезда комсомола, член бюро горкома ВЛКСМ. Разговор «обо всем» состоялся, и вопросы профориентации для желающих заняться наукой затронули.

Вхожу во вкус — где бы раздобыть производственника? А нет его — ни деканат, ни комсомольское бюро помочь не могут. Распределяются выпускники в основном в городе, однако связи моментально рвутся. Вот тут и позавидуешь факультетам, где комсомольские бюро заключили «Договоры о творческом содружестве» с предприятиями — там такой проблемы не возникает.

«Изменившего специальность» имею знакомым. Пришел он побеседовать. Просто так, доступно, без нотаций и моралей рассказал, как попал в современный НИИ. Доволен был и горд специальностью, диплом хороший получил. Где тут что надо изобретать? А руководитель группы контрольную по математике устроил. Наставил двоек и начал втузовский курс с ними повторять. Рядом ребята из университета, они о редукторах и ГОСТах слыхом не слыхали в студенческие годы, зато математическая подготовка — отличная. И началось — политехники «Бермана» штурмуют, «универсалы» исследования проводят, «политехники» интегральное исчисление проходят заново, «универсалы» первые статьи в печать сдали. Воочию увидел молодой специалист, во что обходится пренебрежение к фундаментальной подготовке.

Рассказывает мой знакомый, а я от восторга млею. Когда мы говорим студенту, что без математики и физики современный инженер не состоится, это одно. А вот когда так, устами самой жизни, рассказывает практик, многие ребята затылки почешут.

То, что к концу года у меня в группе появились лауреаты институтских олимпиад по математике и физике, больше половины группы исследовательские работы к конференции СНО представили, меня теперь не удивляет. Сработало мероприятие!

Вторая задача — социальное развитие группы. Теория, я уже говорил, в долгу перед практикой — разработок для куратора практически нет. Остается опираться на опыт, наблюдения.

Первая цель — пробудить взаимное уважение. Как преподаватель знаю, есть проблема взаимных контактов «школьников» и «производственников». Учиться легче в группе, где тебя уважают, а если человек имеет большой разрыв в обучении, то на поприще учебы уважения добиться ему тяжеловато. Вот тут-то и надо что-то придумать, чтобы дать возможность человеку показать свои сильные стороны. В дело пошли собрания «Каждый студент — личность». Юра Т., член институтского ансамбля скрипачей, попробовал определить, чем отличается «классическая» музыка от «современной». Поспорили, поругались... Я сам отнюдь не меломан, но даже мне интересно было. Потом Дима К. об альпинизме рассказал, слайды, собственноручно снятые, на стенку спроектировал, узлы, которыми альпинисты пользуются, продемонстрировал.

 

*** ...В современных условиях, когда объем необходимых для человека знаний резко и быстро возрастает, уже невозможно делать главную ставку на усвоение определенной суммы фактов. Важно прививать умение самостоятельно пополнять свои знания, ориентироваться в стремительном потоке научной и политической информации.

Материалы XXV съезда КПСС

 

Потом, потом таких собраний не стало, не потребовались. Группа приняла участие в «турнире претендентов» на звание лучшей группы факультета. Изобретение это наше, институтское, и резонанс получило большой. Идея очень простая — вывести лучшие группы на сцену, и пусть они нам покажут, чем богаты. До этого был я членом жюри турниров, а тут стал непосредственным участником.

Две недели до турнира, а работы горы! Два часа группе держать в напряжении зал — сколько же сил надо на подготовку! Убедил ребят, что марку надо держать.

Деловая игра треугольников — вопросы к старосте, комсоргу, профоргу. Попробуйте ответить на вопрос «работа профорга по охране труда студентов в сессионное время?»

Нужно еще раз прочитать Устав, инструкции, методические разработки — польза от этого не только для турнира будет. Домашнее задание — выставка студенческого творчества. Надо подготовить коллекции и этюды, разыскать рефераты по математике и истории КПСС — на все это нужно время.

Специальное задание — стенгазета о жизни группы. Не было раньше в группе стенгазет (об этом разговор дальше), а делать ее надо! И тут появились художники и репортеры, юмористы — неделю назад их днем с огнем в группе разыскать невозможно было. Каждый выкладывался до предела, стараясь внести лепту в общее дело. Соревнование — великая вещь, а молодежный азарт при этом — отнюдь не то, что следует критиковать. Тренируются делегаты на конкурс политического плаката и предметную олимпиаду, викторины «Знаешь ли ты свою специальность?», «Знаешь ли родной город?»

Вместо номера художественной самодеятельности решили сделать еще одну миниатюру. Сценарий писали всей группой, репетиции — тоже всей группой. Это были две недели сладкой лихорадки. Две недели — и еще два часа. Группа выиграла турнир, но разве это было главным? Я смотрел, как ребята ели честно заработанный торт. Никто не держится особняком. Почти полгруппы выросли в глазах окружающих. Они делом доказали, что имеют право на уважение к себе. И я подумал — этот турнир, да в середине первого семестра бы! Сколько проблем он решил! Впервые группа делала общее для всех дело: все-таки учебный процесс таких возможностей для формирования коллектива дать не может.

Пришел, увидел, победил, — ай да куратор! Если бы так! Проблемы следуют за проблемами, и решать их просто не успеваешь. Вот, например, политинформации. Спрашиваю комсорга, как с ними обстоят дела? А он мне — да мы их не проводили, нет необходимости... Сначала возмутился, а потом все-таки задумался. А в самом деле, нужны ли они в том виде, в котором традиционно проводятся? Каждый читает газеты, следит за событиями в стране и за рубежом (не поленился, проверил). Да, кроме того, занятия по общественным наукам идут — поневоле следить за событиями будешь. Может, стоит попробовать новую форму?

В. И. Ленин говорил, что газета «не только пропагандист и агитатор, но и коллективный организатор». Есть у нас в институте факультетские газеты, а вот групповые — исчезли. Грешен, лет семь назад, являясь членом очень зубастой факультетской стенной газеты, приложил руку к критике групповых газет в разделе юмора и сатиры. Критиковать было нужно — такие газеты совершенно не соответствовали специфике вуза. Силы у групповой редколлегии обычно невелики, повесить такую газету в институте негде. Поэтому или передают ребята из рук в руки рулон ватмана, или осмелятся, вывесят творение где-нибудь. Посмотришь — антигазета, а не газета. Для галочки в зачет оформлена — картинка из календаря и статья оттуда же с ошибками «сдута» (на вал редколлегия работает). А то еще буйный юмор на местном материале газету заполняет. Материал местный настолько специфичен, юмор настолько неудачен, что никто его не понимает...

И вот с турнира претендентов начали мы групповой журнал. Почему журнал? В «дипломат» положить можно. На первом перерыве трое просмотрят, на втором — еще трое; очень удобно. Задачей мы поставили — сделать журнал, который к окончанию вуза только в чемодане носить можно будет. Зато какая память!

Выходит он раз в три, четыре недели. Первый материал обычно — анализ итогов контрольной недели. Сделать этот материал обязаны староста и учебный сектор комсомольского бюро. Второй материал — зам. по идеологии готовит. Это — обзор, о чем пишут «За рубежом», «Литературная газета», другие издания. Заинтересовала кого-то статья — может переговорить с идеологом, прочитать ее сам. Заинтересовала статья всех — и такое бывало — дискуссия устраивается.

Девушки предложили и систематически ведут рубрику «Пегас». Мне они признались, что не теряют надежды привить всем мальчишкам вкус к поэзии.

Спортом сейчас интересуются все. И спортивный сектор с энтузиазмом готовит соответствующую страничку. Какие соревнования были за рубежом, какие у нас в стране, городе, а какие — в институте.

Тоже традиция — страничка, посвященная именинникам. Впрочем, кое-кому такая страничка посвящается не раз в году. Победители олимпиад, конкурсов, участники художественной самодеятельности чествуются здесь. Я после защиты диссертации тоже удостоился, и было очень приятно.

С юмором у нас в группе не очень. Ценят все, а вот у самих — не получается. Но, ничего, это еще появится, а пока пишем шуточные кроссворды и тесты «Для дома, для семьи», а также заимствуем рубрику «Кое-что, кое о чем».

Вот такой журнал. За полгода после турнира шесть номеров вышло. Кажется, дело теперь не заглохнет.

Развитие кругозора, эстетическое воспитание... Я сам до фанатизма люблю книгу. И, поверьте, запомнил на всю жизнь, как привел меня несколько лет назад мой знакомый в деревянный домик, где должны были храниться остатки одной из богатейших в Омске библиотек покойного преподавателя СибАДИ. Нас встретили две старушки и, узнав о цели прихода, рассказали, что внучек Петенька, окончив ОмПИ и распределяясь в другой город, помог бабушкам очистить квартиру и сдал макулатуры в виде бесценных изданий на восемьдесят с чем-то рублей!

По рукам бы этому Петеньке! Воспитали интеллигента!

Кстати говоря, издержки от отсутствия более-менее целенаправленного эстетического воспитания «технарей» ощущают все. Как решать эту проблему — пока ответа нет. Но куратору от этого не легче.

Листаю план-темник бесед и лекций для студентов. Кое-что есть, но что скрывается за названием? Ребята у меня зубатые, и бездарная беседа только навредит. Опять личные связи... Елена Алексеевна, преподаватель математики, очень любит скульптуру — сказывается атмосфера Ленинградского университета, где она училась. А еще она сотрудничает в научных исследованиях с профессором В. В. Конда-шевским. Поле для сотрудничества — применение объемных изображений в учебном процессе. Аппаратура позволяет показывать на экране любую объемную композицию, эта аппаратура — детище ОмПИ, и вот

группа в лаборатории. Лекцию о сокровищах Эрмитажа читает Елена Алексеевна. В лабораторию прорвались «зайцы» и из соседних групп. Праздник...

Договариваюсь с доцентом кафедры сопротивления материалов Станиславом Александровичем. Станислав три года проработал заведующим кафедрой сопромата в Конакрийском политехникуме (Гвинея). Второй год, как вернулся на Родину. Я — первый куратор, который пригласил его в группу... Снова праздник.

Самое уязвимое место — все-таки учебный процесс. За довольно редкими исключениями, отношение ребят к учебной дисциплине, стремление сдать сессию как можно лучше отнюдь не сопоставимы по энтузиазму с любым внеучебным делом. Парадокс этот есть, он не понятен мне, но понять его нужно обязательно. То ли повинны в этом мы, преподаватели, не создающие в аудиториях ту атмосферу накаленных эмоций, которой отличаются столь любимые студентами внеучеб-ные дела? А может быть, это естественная человеческая реакция на существенные перегрузки, которых не избежит добросовестный студент? Может, это еще в школе невоспитанное отношение к труду, почему и тянет от «серых» учебных будней к романтичным неучебным делам. Есть, наверное, что-то и от издержек научной популярщины — нахватавшись изолированных фактов, молодой читатель иногда может решить, что все великие открытия делали вчерашние троечники и двоечники, а отличник учебы становится бесславной серостью в науке или производстве.

Не раз я подмечаю подмену акцентов — ребята понимают, что учиться ради отличных оценок — по крайней мере наивно, но это понимание не продолжается дальше, что учиться следует ради крепких знаний. А может, это молодость, когда хочется все-все испробовать, но умение жертвовать интересным ради главного еще не пришло?

И все-таки разговоры, убеждения помогают. Студенты взрослеют быстро, и даже случайный короткий разговор может вдруг резко изменить отношение к учебе.

Последний день сессии, ко мне в кабинет заглядывает очень довольный юноша: «Рапортую — две четверки, три тройки», — не может удержаться он от улыбки, и я доволен не меньше: три предыдущие сессии оставили в его зачетке однообразие «удов». У парня уже сложилась психология троечника, и эти две четверки — немаловажная победа над собой.

 

*** Вам правила дали, марксистский метод вам дан, а вот жизненные задачи решать вас еще нужно научить... Надо было бы в институте некоторую практику решения таких задач поставить. Тогда легче и метод бы усвоился.

М. И. Калинин

 

Увы, есть и поражения... Петя томен и вальяжен. Он — «воспитанный» мальчик, не будет выкрикивать что-нибудь во время занятия или шушукаться с соседом. Он не вовлечен в дурные компании, не бренчит на гитаре в подъездах. Он — «оранжерейный цветочек», живущий в свое удовольствие. Утром не захотелось вставать — не пошел на занятия. Захотелось в кино, дочитать неоконченный роман — и Петя исчезает с очередной «пары». Он приятен в обращении, у него милая детская улыбка и откровенное стремление жить в каждую минуту так, как ему хочется.

Еще раз просматриваю Петину карточку — и многое становится понятным. Мама — торговый работник. Легко связать этот факт с тем, что какие-то знакомые и полузнакомые сотрудники института систематически доверительным шепотком интересуются успехами Пети, выясняют о его шансах ликвидировать задолженности за прошлую сессию, намекают, нельзя ли обратить на него особое внимание, проявить снисходительность и т. д., и т. п.

Мы с комсомольской организацией группы честно сделали все, что могли. Ребята в очень дружелюбной форме пытались убедить его, что нужно проявлять силу воли, пытались помочь. Случайно выяснил — надеясь, что если у Пети останется поменьше долгов, то положение изменится, товарищи сделали за него несколько заданий. Петя загорался желанием, два-три дня играл в прилежного студента. Потом желание снова гасло...

Куратор и комсомольская работа. Что может сделать здесь куратор? Мне кажется, научить ребят принципиальности, которой иногда им не хватает.

Ленинский зачет — эпицентр комсомольской деятельности группы, отчет каждого комсомольца о своих достижениях и неудачах. Мы знаем, бывают неподготовленные собрания, когда двадцать пять зачетов «штампуются» в течение тридцати-сорока минут. «Хороший парень, в ансамбле пляшет, ну, а в учебе еще подтянется. Я за зачет — голосуем?»

Общие итоги деятельности группы хорошие — первое место на потоке, большая общественная активность.

Нам все-таки удалось побороть соблазн превратить Ленинский зачет в парад успехов. Не забуду удивления хорошей девушки Нины — она совершенно не ожидала относительно себя предложения временно отложить зачет. Почти все пункты личного комплексного плана она выполнила, а вот к работе в факультетской учебной комиссии отнеслась с ленцой. Ребят удалось убедить в целесообразности такой меры, и это начало сказалось на всей атмосфере собрания. Взвешивали все стороны годичной деятельности каждого и каждому высказывали справедливую и точную оценку его работы. Отложили зачет отличника учебы — его работа с отстающими не устраивала группу, профсоюзного активиста — он пока не проявил энергии в организации факультетской выставки, серьезно поговорили еще с рядом ребят. Пусть знают: Ленинский зачет — дело серьезное.

Доволен ли я моей группой? Почти да! Мне кажется, они созрели для самоуправления, смогут отладить свою дальнейшую жизнь сами.

 


***

ПРОБЛЕМЫ СТАВИТ СОРЕВНОВАНИЕ

Как-то один преподаватель поделился впечатлениями о годичной стажировке в парижском лицее. Впечатления были яркие, но особенно запомнилось одно из них.

— С самого начала,— рассказывал он,— я решил сочетать обучение с текущим контролем. И вот всю ночь вместе с женой сидим, пишем карточки заданий. Каждому студенту — свой вариант. Провел контрольную — кое-что для себя усвоил. На следующее занятие ограничился двумя вариантами, а еще через день написал на доске один вариант, взял газету и стал ее читать...

— И не списывали? — удивились слушатели.

— Нет, не списывали, даже не позволяли соседу списать,— преподаватель улыбнулся.— Я сам сначала не верил. Это и есть капиталистический способ обучения!

Соревнование, как писал К. Маркс, возникает везде, где имеется творческий труд. Учеба — тоже труд, причем далеко не легкий. Поэтому соревнование в учении естественно. Возникает лишь проблема — правильно организовать соревнование, сделать его средством управления познавательной деятельностью и воспитанием учащихся.

Мы знаем основные черты, отличающие социалистическое соревнование от капиталистической конкуренции. Приведенный пример наглядно демонстрирует такую конкуренцию в учении. Все очень просто — по итогам учебы определяются ученик № 1, № 2, ...№ 27. Первому — большая стипендия сегодня и привилегированная работа завтра. Второму — чуть поменьше стипендия и чуть похуже перспектива. Двадцать седьмому... ему на эти блага рассчитывать не следует. Как же позволить списать контрольную? А вдруг за счет этого он станет двадцать шестым? Одиннадцатым? А вдруг успешно защищенная контрольная станет тем толчком, после которого двадцать седьмой когда-нибудь перейдет в первые и вытеснит меня? Нет, нельзя позволить списывание!

Мы, конечно, тоже против списывания, но даже в этом тревожном факте, наблюдающемся иногда в студенческих группах, проглядывают как недостатки, так и достоинства советской системы воспитания, социалистического образа жизни. Ведь желания того, у кого списывают, нередко самые положительные: помочь, поддержать. Другое дело, что неопытность, неумение (а иногда и лень) оказывающего такую «помощь» облекают в целом благородное содержание в явно неудачную форму.

Мы живем в социалистическом обществе, и уже сам этот факт ежечасно, ежеминутно оказывает воспитательное воздействие на каждого человека — положительные результаты этого воспитания увидит каждый объективный наблюдатель, стоит лишь присмотреться. И все-таки мы испытываем недовольство этими результатами и хотим достижения все новых и новых высот.

Основные подходы к организации студенческого социалистического соревнования сложились в последние годы. Первый этап — соревнование внутри группы на базе личных комплексных планов. Стимулируют это соревнование Ленинский зачет и общественно-политическая практика.

Объединение личных комплексных планов позволяет наметить план группы и перейти ко второму этапу — смотру-конкурсу на лучшую группу факультета, института. Наконец, социалистическое соревнование факультетов стимулирует усилия студенческих групп, преподавателей, научных подразделений и многое другое.

Формы организации соревнования различны. В области учебы это, например, цикл олимпиад, смотры-конкурсы конспектов, в области НИРС — конкурсы на лучшую научную студенческую работу, кружок, СКВ, в летнее время — соревнование за звание лучшего линейного отряда ССО и т. д. и т. п.

И если результаты всей этой огромной деятельности не всегда соответствуют планируемым, то причина не в принципах организации этой системы, но в неумелом, формальном, неинициативном следовании этим принципам.

«Условия смотра-конкурса часто не нацеливают студентов на своевременное и качественное выполнение учебных планов в течение семестра, повседневную, напряженную учебную работу, что является основой глубокого творческого овладения специальностью. Обязательства коллективов учебных групп нередко носят формальный характер.

При проведении смотра-конкурса живая организаторская работа в студенческих группах в ряде случаев подменяется составлением различных справок и отчетов, при подведении итогов практикуются различные системы оценочных баллов и коэффициентов». (Из совместного постановления Бюро ЦК ВЛКСМ, Секретариата ВЦСПС и Коллегии MB и ССО СССР «О смотре-конкурсе учебных групп в высших учебных заведениях» № 4/14 от 29 августа 1978 года.)

Давайте подумаем, как улучшить организацию соревнования. Ведь принципы организации соревнования емко и точно сформулированы еще в работах В. И. Ленина. И если что-то происходит не так, будьте уверены, вина организаторов в отклонении от этих принципов.

Итак: сопоставимость итогов, гласность и широкое распространение передового опыта — три кита организации социалистического соревнования.

Соревнование внутри группы начинается с личных комплексных планов. Как добиться того, чтобы эти планы были реальными и одновременно напряженными? Ясно, что многое здесь зависит от комсорга, куратора, факультетского комитета ВЛКСМ. Давайте познакомимся с делами в одной случайно выбранной группе. Посмотрим планы, побеседуем с комсомольцами...

Да, группа нам досталась не из передовых, но это и хорошо — основные недостатки увидеть легче. Ненапряженность планов — первый недостаток. Почему-то отличник учебы берет обязательство сдать сессию «без троек», многие вообще не включили в обязательства учебный пункт. Беседуем и слышим возражения. «Оценка зависит не только от студента — как же я могу планировать итоги сессии?», «В этом семестре — новые курсы, новые лекторы. Не могу я предугадать, что у меня получится...».

Неконкретность — второй недостаток, тесно связанный с первым. «Все написали «прочитать лекцию в школе», и я тоже. Буду ли читать такую лекцию? Не знаю, скорее, соберу двух-трех знакомых в родной школе, побеседую с ними».

Знакомимся с делами группы — и новая претензия. Имеется ряд нужных и полезных дел, которые успешно выполняют студенты, но эти дела в комплексных планах не отражены. Этот — руководит клубом любителей фантастики, тот — ведет кружок школьников, эта — выступает в институтской сборной.— Почему же эту работу вы, ребята, заранее не планировали? — Не знали, что будем заниматься... Думал, что не нужно включать... Это — для души, а не для плана!..

Еще один недостаток — либеральное отношение к взятым обязательствам. Выполнил — хорошо, не выполнил — ничего страшного. Тут уже претензии к комсоргу, факультетскому комитету ВЛКСМ, куратору.

Как избавиться от этих недостатков? В первую очередь надо учить организаторов. Часто недостатки— следствие неумелого внедрения правильных и полезных рекомендаций. Поэтому первый шаг в школе комсомольского актива — деловая игра (с ней вы познакомитесь в одном из следующих очерков). Она позволит быстро и эффективно обучить комсомольских вожаков. Но, может быть, нужно этому научить и кураторов?

Второй шаг — укрепление дисциплины. Добиться атмосферы высокой ответственности за порученное дело, за взятые самим комсомольцем обязательства — нелегко, эта задача требует предельной концентрации усилий факультетских и институтских комитетов ВЛКСМ, партийных бюро, деканатов и преподавателей. Это очень трудно — ежедневное и ежечасное воспитание сознательной дисциплины, но именно здесь таятся большие и неиспользуемые резервы.

Наконец третий шаг — внедрение научных рекомендаций. В последние годы в теории управления все большее предпочтение отдается планированию на базе устанавливаемых показателей. Это — перспективно, и такая методика, наверное, должна внедриться в студенческих группах. Личный комплексный план должен составляться на базе конкретных рекомендаций, реальные и напряженные показатели должны предлагаться сверху. Потребуется большая и напряженная работа по разработке и внедрению такой системы, но экспериментировать — нужно!

И вот перед нами стол, заваленный «Положениями», «Рекомендациями», «Инструкциями»—методическими материалами по организации смотра-конкурса на лучшую группу, разработанными во многих вузах страны. Знакомимся, анализируем и — нередко разочарованно вздыхаем. Есть много ценного, положительного, но и ошибки, указанные в цитированном выше постановлении, как бы кочуют из документа в документ.

Вот, например, исключительно важная проблема— сопоставимость результатов. Как ее достичь? В одном из вузов комсорги педантично заполняют огромные «простыни» — объем информации о работе группы настолько велик, сами показатели настолько мелки, что пришлось привлечь к анализу большую ЭВМ. Сами создатели этой, до предела запутанной, системы горды — новое слово в организации соревнования, современные научные методы в комсомольской работе. Неискушенный глаз эта система действительно подавляет — сотни показателей, загадочные весовые коэффициенты... Но более глубокое знакомство разочаровывает — все то же манипулирование с ничего не показывающими цифрами, ничем не обоснованное их сложение, деление, умножение на «К» на самом деле лишь затушевывают реальную работу группы.

Без цифр нельзя, конечно, но нужен четкий математический аппарат, позволяющий наглядно сравнивать результаты соревнующихся коллективов. Нужна система информации о делах группы, удовлетворяющая современным научным требованиям. И здесь мы вступаем в область только начинающей развиваться теории, первые шаги которой пока еще робки и не всегда удовлетворяют практиков.

Одна из проблем — как измерить неизмеримое, «поверить алгеброй гармонию». Массу тела мы измеряем на весах, время — с помощью секундомера, силу тока — амперметром. А сплоченность группы? Дисциплину? Духовную атмосферу?

Ученые называют эту проблему «квантификаци-ей» — количественной оценкой качественных признаков. Насколько трудна эта проблема — показывает одна малоизвестная история. У языковедов возникла задача оценить трудность иностранных текстов. Решение этой задачи действительно имеет значение — хорошо ведь расположить в учебном пособии тексты по степени возрастания трудности, при проведении контрольной работы выдавать одинаковые варианты; найдутся и еще полезные приложения разработанной формулы.

Все время решения этой проблемы разбилось на три десятилетних периода. К концу первого ученым удалось получить формулу. Она была очень громоздка и не очень точна. Второе десятилетие позволило повысить точность и одновременно несколько упростить формулу. Наконец, серия исследований, выполненных в третий период, показала, что все более-менее опытные преподаватели справляются с этой задачей куда лучше разработанной и модифицированной формулы...

Недостаток многих существующих в вузах методик определения лучших групп и заключается в этом ничем не обоснованном недоверии к экспертным оценкам и стремлении любой ценой получить заумную формулу. Поэтому система показателей, традиционно предлагающихся для отчетности групп, измеряет далеко не лучшим образом косвенные показатели и нередко не учитывает важных сторон деятельности группы.

Наука выработала цикл требований к информации в управлении. Она должна быть объективной, достаточно легко проверяемой. Важно, чтобы ее было достаточно для принятия решений (полнота информации), ненужные данные засоряют информацию (требование минимальности информации).

Типичная для многих вузов отчетность групп охватывает четыре основных направления деятельности студенческих коллективов. Центральное место в отчетах, естественно, занимают показатели абсолютной успеваемости (как правило, процент успешно сдавших очередную сессию) и «качества знаний» (процент сдавших сессию на хорошие и отличные оценки). В принципе такая информация позволяет сделать определенные выводы, но... перед нами статистические данные о группах, выдвинутых факультетами на звание лучшей по II курсу. Посмотрите, какие прекрасные результаты у этой группы! Восемьдесят процентов учатся на хорошо и отлично, все сдали сессию без завалов! А зачем вон ту группу выдвигают? И завалившие есть, и «качество» куда ниже!

Задумаемся еще над одним, обычно не учитываемым показателем. В первой группе — 18 человек, во второй — 25. Значит, в блестящей группе уже не учатся семь человек. Куда они делись? Кто-то ушел по состоянию здоровья, семейным обстоятельствам, кого-то отчислили за неуспеваемость. Вторая группа сохранила всех своих товарищей. Вот так блестящие цифровые показатели замаскировали явное неблагополучие в учебной работе группы.

Наверное, пора переходить от статики, застывшей картины успехов группы в сессию, к динамике, показывающей прирост успеваемости и качества знаний от сессии к сессии, учитывать отчисляемых и т. д. Без этих данных картина будет неполной, а значит, и решение — необъективным.

 

*** ...Уже самый общественный контакт вызывает соревнование и своеобразное возбуждение жизненной энергии.

К. Маркс

 

В общем-то похожие претензии можно выдвинуть и к другим показателям, характеризующим научное студенческое творчество и уровень идеологической работы, спортивную, культмассовую работу и общественно полезный труд. Практикуемые показатели часто оценивают «не то, неверно и не так, как надо».

Наиболее распространенный сейчас в практике прием, облагороженный в последние годы теоретическими исследованиями, метод экспертных оценок. Суть его проста — качественные признаки количественно оценивают эксперты — специально отобранные люди. Оценивают на основе своего опыта, знаний, интуиции. Иногда результаты применения этого метода блестящи, иногда — нет, но лучшего наука пока предложить не может.

Проблемы, стоящие перед экспертами, очень трудны. Убедиться в этом вам поможет простой пример. Представьте себя экспертом. Задача — распределите места между семью студентами по итогам сдачи сессии (четыре экзамена). Студенты эти: Отличник (5, 5, 5, 5), Хорошист (4, 4, 4, 4), Троечник (3, 3, 3, 3), Иванов (5, 4, 3, 2), Петров (5, 5, 5, 2), Сидорова (5, 3, 5, 3), Неудакин (2, 2, 2, 2).

На первое место (никто не возражает?) поставим Отличника. Последнее место справедливо отдадим Неу-дакину. Для дальнейшего распределения нужно выбрать какой-то определенный принцип ранжирования. Самый распространенный — по абсолютной успеваемости — грубоват. В самом деле — все, не получившие «двоек», делят первое место, остальные — второе, оно же последнее.

Другой, любимый некоторыми исследователями, критерий — средний балл. Но... О, чудо! На второе место выходит неуспевающий Петров! Третье делят Хорошист и Сидорова. Неуспевающий Иванов обходит благополучного Троечника — нет, так не годится! А как? Вот здесь-то и остается довериться экспертам, их опыту, знаниям, интуиции. Не все согласятся с их мнением, но лучшего метода не существует.

Если в качестве экспертов выступают представители факультетских профсоюзной и комсомольских организаций, деканата, старший куратор, появляется реальная возможность учесть такие показатели, как уровень внутрисоюзной работы, дисциплина, сплоченность группы.

Значительно сложнее задача, стоящая перед институтским штабом смотра-конкурса. Естественно, что члены институтского штаба не могут иметь столь объективного мнения о выдвигаемых группах, какое сформировалось у факультетских штабов. Как правило, поэтому институтские штабы распределяют места на основании формальных показателей. Здесь-то чаще всего и возникают хитроумные системы балльных коэффициентов, многоэтажные формулы и, по чьему-то меткому замечанию, «торжество науки над здравым смыслом».

Этот этап — один из самых уязвимых. Как же его проводить? Эксперименты с развернутыми характеристиками групп, эксперименты с защитой треугольниками своих результатов, эксперименты... Формальный момент никак не изживался. Стоило чуть деформали-зовать процедуру — и плохие критерии сменялись их полным отсутствием. Выход из этой ситуации не просматривался...

А что если вывести группы, претендующие на звание лучших, на сцену? В системе конкурсов проверить их умение учиться и отдыхать, заниматься общественной работой и выполнять исследовательскую деятельность.

Так родилась идея турнира претендентов. В спорах эта, пока голая, идея обрастала деталями. Как проверить деловые навыки треугольника? Но в школе комсомольского актива уже опробованы и приняты на вооружение активные методы обучения, такие, как анализ конкретных ситуаций, деловые игры. Чем измерить учебную активность группы? Но цикл предметных олимпиад уже давно является характерной чертой ОмПИ, а анализ показал тесную связь результатов выступления групп в олимпиадах и успешности их учения. Пропагандистская, идеологическая работа? — Пусть будет конкурс стенных газет, политических плакатов. Спортивные достижения? — На сцене можно устроить блицтурнир по шахматам, парный теннис. Эстетическое воспитание отразит конкурс по истории города, литературный конкурс, подготовленные номера художественной самодеятельности. Можно ли обойтись без кавээновской миниатюры — единодушно решаем, что нет.

Не все можно показать со сцены. Установим возле нее столы, стенды. Маленькая выставка еще больше расскажет о группе. Отчеты о научно-исследовательской работе, рефераты, макеты, здесь же рисунки, вышивки, поделки, коллекции.

Все, что мы перечислили, уже есть в практике института. Новое в том, что отдельные конкурсы сконцентрированы в систему турниров. Новое и в том, что от конкурсов в виде личного первенства перешли к конкурсам, в которых выступают команды от групп.

Прикидываем время, потребное на проведение всего турнира. Около двух часов! Смогут ли группы держать в напряжении огромный зал? Будет ли турнир зрелищным? Ведь даже самая лучшая группа — не профессиональные артисты и не звезды КВН.

Так ли это — покажет эксперимент...

И вот первый экспериментальный турнир закончился. Группы В-227 и АУ-227 в течение двух часов держали в напряжении зал. Азарт у болельщиков был такой, что потом, на разборе, кое-кто даже усомнился, хорошо ли это... Долго спорили и пришли к выводу, что это хорошо.

«Пожалуй, самым важным для меня было то, что турнир принес открытие, открытие моих друзей. Каждый показал, на что он способен. Турнир заставил нас подвести итог нашей жизни в институте. В этот трудный месяц приятно было осознать, что мы — коллектив.

Е. Посохина (В-227)».

«Когда я посмотрела до конца этот турнир, мне захотелось принять в нем участие вместе с группой. Я чувствую, что такая работа резко встряхнула бы нас, помогла еще больше сдружиться.

Т. Жеребных (К-217)».

Жизненность этой, как и многих форм, подтверждает восприятие ее студентами. Так вот, за экспериментальным турниром в этом же году прошли еще четыре. Три из них — организованы комсомольскими организациями факультетов. Идея продолжает обрастать деталями — так, на факультетах ввели новые конкурсы — «Знаешь ли ты свою специальность?», конкурсы групповых эмблем. Изучив первый опыт, такие турниры стали проводить и в других вузах города.

И все-таки достигнута ли цель, поставленная в начале очерка? Удалось ли разработать методы и формы социалистического соревнования, не нуждающиеся в дальнейшем совершенствовании?

Конечно, нет. Эксперимент продолжается...

 

*** Организация соревнования должна занять видное место среди задач Советской власти... должна представить собой одну из наиболее важных и наиболее благодарных задач реорганизации общества.

В. И. Ленин

 


***

ОДА ОЛИМПИАДЕ

Высшую школу захлестывает поток новых идей, предложений. Переболела вузовская общественность программированным обучением, на смену идут технологические карты, модели специалиста, учебно-методические комплексы. Так, конечно, и должно быть — мощная река преобразований несет с собой и драгоценные плоты, и случайную накипь. Действительно ценные и реальные новинки упрямо пробьют себе в конце концов дорогу, ну, а канцелярские безделушки отмирают быстро.

Есть один не очень официальный критерий удачности предложенной и опробованной новинки — реакция очередного поколения студентов. Высший уровень полезности, когда спрошенный студент искренне удивится — неужели этого не было раньше? Не может быть!

В 1971 году в институте прошла первая в ОмПИ и в городе (да и одна из первых в стране) студенческая олимпиада. Казалось бы, что тут нового? Ведь олимпиады для школьников проводятся давно, имеют большие традиции. В самом деле, олимпиада школьников имеет конкретную цель — профориентационный отбор. Для жюри она — прекрасный способ выявить наиболее подготовленных и способных, с тем чтобы потом дополнительно заниматься с ними. Это полезно для науки, для общества — опыт Москвы, Ленинграда, Новосибирска убедительно доказал такое утверждение длинными списками фамилий ныне здравствующих и будущих академиков, профессоров, лауреатов отечественных и зарубежных премий. Даже те, кто не попал в «олимпийские сливки», должны быть благодарны этим увлекательным конкурсам. Единоборство с хитроумной задачей неоднократно придавало уверенность нерешительным, предостерегало самоуверенных и приобщало очень многих к поэзии творчества.

Социологи знают, что для очень многих старшеклассников успех на школьной олимпиаде, районном конкурсе нередко становится последним аргументом в пользу выбора определенной специальности. Но вот таланты отобраны, подготовлены и приняты в вуз. Зачем же здесь олимпиада? Такое недоумение, наверное, и было основной причиной, по которой долгое время олимпиады в вузах популярностью не пользовались.

Воскресенье — законный день отдыха студента, которым распоряжается он сам. Хочет — в кино, хочет — на стадион, хочет — в библиотеку. Но вот очень нередки стали воскресенья, когда студентов в институте почти не меньше, чем в будний день. Вместо кинотеатров, библиотек, стадионов сотни юношей и девушек заполняют учебные корпуса, чтобы принять участие в предметных олимпиадах. Ежегодно ребята критикуют оргкомитет за то, что в один день пересекаются конкурсы по нескольким предметам — хочется принять участие в каждом из них.

Один родитель, работник института, полушутя-полусерьезно возмутился: в течение двух месяцев ни одно воскресенье сын не проводил дома — лавиной шли олимпиады, и парнишка, отличник учебы, не пропускал ни одной из них.

Статистика социологических исследований показала — до поступления в институт участвовали в олимпиадах не более 30 процентов абитуриентов, во время учебы в ОмПИ — около 70 процентов. Авторитет олим-пиадного дела в институте очень высок, призеры пользуются среди студентов популярностью не меньшей, чем звезды самодеятельности и спорта. Да и за пределами института его престиж во многом определяется олимпиадами. Так, в 1978 году сразу четверо омских политехников стали лауреатами Всесоюзной студенческой олимпиады, еще четверо — вторыми призерами, а комитет ВЛКСМ украсила хрустальная ваза — приз журнала «Студенческий меридиан» за лучшую организацию олимпиад.

Да, в последние годы студенческие олимпиады стали проходить во всех без исключения вузах страны, однако и в этих условиях ОмПИ, впрочем, как и еще ряд омских вузов, выделяется неформальным подходом к организации олимпиады «Студент и научно-технический прогресс», постоянным поиском новых форм. Не случайно председатель оргкомитета Всесоюзной студенческой олимпиады, заместитель министра MB и ССО СССР Н. Ф. Краснов назвал на одном из совещаний студенческий Омск полигоном олимпиад.

Возраст подавляющего большинства студентов вуза относится психологами в категорию «второй юношеский». Это очень интересный возраст, когда человек оформляется духовно: его не только тянет к творчеству, самовыражению, но он уже способен потенциально на это самовыражение. Это возраст, когда молодой человек испытывает острую потребность в соревновании как способе познания себя, это возраст, когда нуждаются в острых эмоциях. Посмотрите на студенческие лица в момент встречи кавээновских команд, на спортивных соревнованиях... Учебный процесс, освященный традициями, нередко гасит эти эмоции, переводя их в рутину повседневного бытия. Диспропорция в эмоциональном воздействии нередко причина снижения качества учебы — спортивный зал, ансамбль самодеятельных артистов создают больше возможностей для самовыражения, чем учебный процесс; соответственно большая доля энергии, времени, любви и отдается студентом этим делам.

Олимпиада с ее спортивным азартом на поприще учебы устраняет эту диспропорцию. Да, мы согласны со скептиками, только олимпиады не панацея, но они — одна из самых эффективных форм привлечения к творчеству в учебе.

Гуманитаризация инженерного образования — одна из важных проблем, стоящих перед вузом. История науки и техники — за обучение будущего творца эстетике. Но эстетическое мышление формируется не только знакомством с шедеврами мирового искусства, эстетика науки тоже является мощным средством воспитания. Хорошо организованная олимпиада, освобождаясь от обязательности учебного процесса, воочию демонстрирует неофиту эстетические богатства предмета — изящные теоремы, красивые приложения, стройные выводы.

Как ни странно, олимпиада в вузе — тоже отбор, отбор увлеченных, нуждающихся в умелом руководстве. История институтских олимпиад уже накопила россыпь фактов, когда с олимпиады начинался активист студенческого научного общества, будущий исследователь. Первые из них завершают аспирантуры, работают в научно-исследовательских подразделениях, на смену им идут новые увлеченные.

Заразительное воздействие олимпиад, кстати, испытывают не только студенты. Огромное количество кафедр института прошли этапы от скептического отношения к олимпиадам до робкого «А что если попробовать?» и, наконец, к безоговорочному планированию их в наметках на текущий год. За олимпиады — большой воспитательный эффект при сравнительно малых затратах времени и усилий. Поэтому каждый год еще одна-две кафедры решают — олимпиаде быть!

Абсолютно новая форма, «запатентованная» икститутом, командная олимпиада. Командные итоги олимпиад подводились и раньше — сидят члены команды в разных аудиториях, решают задание, а жюри потом сложит набранные ими очки и определит «командное» место. У нас же мелькнула идея — а что, если наоборот, посадить членов команды вместе. Пусть обсуждают и распределяют между собой задачи, спорят — ничего в этом плохого нет. Зато такая олимпиада — оценка коллективной исследовательской работы и, одновременно, воспитание коллективистских качеств. Новинка пришлась по вкусу и организаторам, и участникам. Сначала она использовалась только в межвузовских олимпиадах, потом появились факультетские команды, а сейчас все больше проходит олимпиад, девиз которых «команда от группы». Мы имеем основания говорить, что такие олимпиады оформляются неотъемлемой частью конкурса на лучшую группу. Несколько лет соревнуются так группы К-327 и И-317, а организаторы олимпиады по философии даже жаловались, что лучшие группы хотят выставлять 4—5 команд (в них вошли бы практически все студенты группы).

 

*** Не количество бумаг, не число и продолжительность заседаний, а четкая политическая направленность, деловитость, практические результаты — вот критерии, по которым можно и нужно оценивать общественную работу.

Л. И. Брежнев

 

Олимпиады могут являться средством интернационального воспитания. Как-то в комитет ВЛКСМ пришло письмо. Студенты Лодзинского политехнического института (ПНР) предлагали завязать контакты. Первым из них стала... олимпиада. Началась она с викторины — польские студенты показали знание фактов из истории русской математики, омские политехники отвечали на аналогичные вопросы о польской математике. Победители из Лодзи (ими оказались три девушки) получили наши подарки — куклы в национальных костюмах. Три победителя с советской стороны, хоть они оказались и противоположного пола, с удовольствием получили в награду такие же польские подарки. В один из весенних дней студенты ОмПИ заполнили большую аудиторию — на олимпиаду предлагалось шесть задач, три из которых составлены поляками. Те же самые задачи предлагались некоторое время спустя лодзинским студентам. Обмен многотиражками с олимпиадными материалами, рассказы о жизни институтов — так началась дружба.

Пожалуй, на примере олимпиад наглядно видны резервы работы комсомольской организации в борьбе за качество знаний. Пока опыт еще не сформировался, наблюдалось некоторое недоверие к комсомолу со стороны кафедр и, одновременно, стремление передать им функции, которые заведомо комсомолу не подходили. Одна из кафедр даже требовала включения представителей комитета ВЛКСМ в состав проверочной комиссии. Но отладили взаимоотношения — и появилась четкость. Дело кафедры — подобрать задания, тиражировать их, провести агитацию за олимпиаду на потоках, проверить работы. Дело комитета ВЛКСМ — агитация, организационная сторона, награждение. Последние годы стороны вполне довольны друг другом.

Авторитет вузовского комсомола у кафедр особо возрос после цикла межвузовских олимпиад. Уже городские, где участвуют до 12 вузов, требуют много хлопот. Но институт гостеприимно распахивал двери и перед весьма масштабными олимпиадами. В ОмПИ прошли первые олимпиады втузов Урала, Сибири и других регионов по математике и сопротивлению материалов, заключительные туры Всесоюзных олимпиад по трем предметам. Приняли в этих олимпиадах участие несколько тысяч студентов из 200 вузов страны. Встреча гостей, жилье, питание, экскурсии, призы и много других обязанностей лежало на комсомоле, и он с этими обязанностями успешно справлялся.

Комитет ВЛКСМ и кафедра философии — застрельщики абсолютно нового в стране дела — олимпиад по общественным наукам. От эксперимента внутри института перешли к межвузовской, городской олимпиаде, потом пригласили гостей из Свердловска, Томска, Перми. Этот опыт внимательно изучают в студенческом отделе ЦК ВЛКСМ, MB и ССО РСФСР — кажется, найдена еще одна форма Всесоюзного конкурса студенческих работ по общественным наукам.

А кафедры математики и графики начинают новую традицию. Победители студенческих олимпиад становятся организаторами олимпиад для школьников. Члены оперативного отряда всерьез подумывают провести совместно с курсантами Высшей школы милиции олимпиаду по правоведению для учащихся школ и ГПТУ, начались «десантные» олимпиады, которые проводят студенты в районах области и за ее пределами.

Олимпиада содействует коммунистическому воспитанию студенческой молодежи. В этом убеждает девятилетний опыт ОмПИ. Поэтому когда первокурсник недоумевает — неужели раньше не было студенческих олимпиад? — улыбнемся с пониманием: прочно вошла в арсенал студенческого комсомола эта форма идеологической работы.

 


***

КАК НАУЧИТЬ ПРАВУ НА РИСК!

Право на риск — право мудрых и убежденных. Завод «Электроточприбор» — одно из многих производственных предприятий Омска. Что знает о нем рядовой житель города? Немногое — хороший завод, орденоносец, хороший «хозяин» — директор его Г. Витковский. Есть у завода свои успехи, свои трудности... как, впрочем, у каждого предприятия. И вдруг к заводу оказался привлеченным интерес не только омичей — «Комсомольская правда», рассказавшая о новом и неожиданном (впрочем, так ли уж неожиданном) эксперименте, представила дела этого предприятия на обсуждение.

Вот несколько отзывов на необычный эксперимент:

— Ну и что? Современное предприятие — крепкий механизм, за неделю развалить трудно. Да еще, поди, на эту неделю год запас прочности создавали...

— Нет, это здорово! Привыкли мы говорить, что вот раньше молодежь полками командовала, ГЭС строила, министрами в 30 лет становилась. А вот вам сегодняшний факт — наши тоже могут!

— Неделя ничего не показывает. Вот месяц-пол-тора, тогда да! За это время энтузиазм и молодых руководителей, и рабочих улечься должен, а трудности с сырьем и планированием — возрасти.

— Ну и что доказали? Пошумели, прославились, поди, на ордена рассчитывали. А к чему это, что потом будет?

Судят победителей эксперимента, обсуждают сам эксперимент. Смысл его прост и понятен: на заводе создали «институт дублеров», на каждое руководящее место — от мастера до директора завода — поставили молодого специалиста, недавнего выпускника вуза или техникума. В их руки на неделю и попало управление заводом, они решали все вопросы производства, включая обеспечение сырьем, прием и увольнение, строительство. Ни один из «настоящих» руководителей в эти дни ни разу не появился в проходной, так что эксперимент, как любят выражаться ученые, «оказался чистым».

Такой эксперимент требует многостороннего анализа, мы же выделим лишь один аспект. Маленькое дополнительное исследование, которое мы провели, касалось выпускников именно ОмПИ — чем они отличились во время учебы в вузе? Результаты легко было предвидеть — большинство из этих ребят оставили заметный след в общественной жизни института. Среди них — активисты боевого театрального коллектива «Полисмех» и старосты групп, члены факультетских комсомольских бюро и профорги.

Значит... еще один довод за привлечение студента к общественной работе: ценная сама по себе, она одновременно и модель его будущей административной деятельности, неотъемлемый элемент профессиональной подготовки инженера. Талантливыми руководителями не рождаются, ими становятся постепенно, вбирая в себя мудрость собственных ошибок и неудач, уверенность от добротно подготовленных дел. И общественная работа — прекрасный полигон для этой учебы.

У психологов есть такой термин — «перенос навыка». Смысл его прост — навык, выработавшийся у человека при выполнении одной работы, при определенных условиях переносится и на другую. Во многом это касается навыков работы с документами, построения взаимоотношений с выше и нижестоящими на должностной лестнице, умения идти на оправданный риск и умения не поддаваться первопришедшим на ум эмоциям.

Проблему управленческой подготовки будущего инженера, как и многие другие проблемы обучения, часто стремятся решать по канонизированному, но вряд ли до конца успешному пути. Путь этот заманчив, и именно его подчас считают единственно возможным решением — механическое увеличение числа специальных курсов по инженерной педагогике и психологии, теории принятия управленческих решений и социологии труда.

Лекции — лекциями, но только их мало. Нужно создание условий для практического овладения секретами руководительского мастерства; как мы выяснили раньше, такие условия дает в первую очередь общественная работа. И вот здесь определяется новая проблема — как повысить эффективность, КПД этого овладения?

Немного статистики. Ежегодно трудному делу управления коллективами методом проб и неудач учатся 300 комсоргов учебных групп. Еще 600 начинающих руководителей — старосты и профорги, еще 500 — комсомольский и профсоюзный актив факультетов и института. Добавим сюда руководителей учебно-воспитательных комиссий и редакторов стенных газет, командиров и комиссаров ССО, активистов агитколлективов, старост научных кружков... по самым скромным подсчетам до трех четвертей всех студентов ОмПИ ежегодно в той или иной степени знакомятся с азами управленческого труда.

И вот, если проанализировать успешность этого знакомства, возникает двоякое чувство. С одной стороны, успехи несомненны. Пример, с которого начался этот очерк, яркое тому свидетельство. С другой — очень уж медленно развивается этот недостаточно управляемый сверху процесс накопления опыта. Из года в год комсорги задают одни и те же вопросы, старосты делают одни и те же ошибки. Опыт предшественников не всегда осмысливается, не передается последующим поколениям активистов.

 

*** Никакая добросовестность, никакая партийная авторитетность не заменят того, что является в данном случае основным, именно: знания дела...

В. И. Ленин

 

Вот только один из примеров, подтверждающих сказанное. Сначала факультетские газеты были бедны и формой, и содержанием. Потом наступила пора расцвета. Как-то вдруг в редакциях «Орбиты» и «Факториала», «Криотрона» и «Машиностроителя» сколотились боевые, увлеченные коллективы. Фантазия, буйство красок в оформлении многометровых полотнищ сочетались с высоким уровнем литературной подачи материала, его боевитостью и задором. Великолепные репортажи и очерки, хлесткие фельетоны, лирические миниатюры, юморески, стихи... Неделями возле каждого выпуска толпились заинтересованные читатели.

Окончив институт, распределились на заводы, в НИИ и КБ «газетчики». Многие из них сохранили свою привязанность к этому мощному оружию — печати; их материалы нередко появляются и в областных газетах, и — даже — в толстых журналах.

А что осталось институту? Какой-то из винтиков в механизме управления не сработал, и опыт забылся. Новые студенты не стали хуже — есть среди них пишущие стихи и раздумывающие над жизнью, отчаянные спорщики и создатели студенческого фольклора. Да вот редакции факультетских газет при всем при том выродились в «рисующие». По-прежнему сверкают обилием красок многометровые «стеннухи», по-прежнему к свежему выпуску сбегается толпа любопытствующих. Три-пять минут — и любопытствующие расходятся... читать не о чем. Чувствуют редколлегии, что чего-то не хватает. Ищут, пробуют, изобретают... велосипед.

Давайте побеседуем с треугольниками групп. Какие проблемы их волнуют? На первом, втором, третьем курсах проблема номер один — как сплотить ребят, сделать группу настоящим коллективом? На первом и втором — как улучшить отношение к учебе, что сделать с задолжниками? На первом — с чего начать работу? Как пригодились бы им лекции по управленческим проблемам, но увы! — они будут читаться лишь на выпускных курсах. Впрочем, не забываем ли мы о факультете общественных профессий, школах комсомольского и профсоюзного актива, выездной учебе?

Все это есть в ОмПИ, причем вряд ли уровень постановки этой работы в институте уступает общесоюзному. Но, вот беда, активность слушателей ФОПа, ШКА и ШПА недостаточно высока, и причины тому серьезные. Тяжело после шестичасового учебного дня, выполнения домашних заданий снова садиться на скамью лекционной аудитории, снова конспектировать монотонную речь. Тем более, что слушатель по-прежнему — пассивный объект обучения, тем более, что очень уж часто лектор повторяет общеизвестные положения, мало опираясь на практику конкретных, интересующих слушателя проблем.

Вот мы и уточнили задачу — повысить эффективность обучения актива, сделать слушателя энергичным участником учебного процесса. Но как это сделать?

У человека, не связанного с учебным процессом, газетные описания некоторых педагогических новинок могут вызвать раздражение. Уж больно несерьезны эти новинки, игрушки. Авторы и называют их играми, да еще и рекламируют такие методы как патентованное средство от всех бед. Он-то, наш критик, на собственном примере помнит, как трудно давалась учеба, — учеба была серьезным трудом. А тут — «игры»!

Отчасти критик прав — огульное присвоение «деловым играм» рецепта на все случаи жизни, противопоставление их традиционным методам обучения следует отнести за счет чрезмерного энтузиазма разработчиков игр. И все-таки деловые игры начинают занимать свое, причем достаточно важное место в наборе педагогических методов и приемов. Ведь деловая игра — модель реальных жизненных ситуаций и явлений. Как всякая модель, она условна, освобождена от некоторых конкретных деталей, черточек, особенностей, но именно благодаря этому позволяет акцентировать внимание на наиболее важных моментах.

Усвоению нового мешают психологическая скованность, боязнь ошибок, неумение концентрировать внимание, выявлять наиболее важное. Правильно построенная деловая игра, напротив, снимает оковы закомплексованности, в высшей степени концентрирует внимание каждого. А процесс коллективного мышления? Еще Карл Маркс отмечал, что общение людей coздает особую духовную силу: при таком общении эффект коллективной работы значительно выше, чем суммарный труд тех же людей, но выполняющих задание по отдельности.

Наконец, немаловажно, что ошибки в игре не приводят к столь тяжелым последствиям, как бывает в жизни, касается ли это управленческого решения о распределении отпущенных средств между службами предприятия, или же последствий неумелого собеседования с рабочими, пришедшими выяснить причины «срезания» премии.

При обучении управленцев в одном из исследований анализировали степень усвоения материала в зависимости от метода его подачи:

  • при чтении лекций она составила 20 процентов;
  • при чтении лекций с использованием наглядных пособий — 30 процентов;
  • при использовании аудитовизуальных средств — 50 процентов;
  • при проведении дискуссий — 70 процентов;
  • при разборе конкретных ситуаций — 90 процентов
    (* Цит. по кн.: А.М. Смолкин. Активные методы обучения при экономической подготовке руководителей производства. М., «Знание», 1976.).

Практически деловых игр для учебы комсомольского актива вузов еще не существует. По самым скромным прикидкам их нужно полсотни. Кто их будет создавать?

Вокруг идеи деловых игр сплотилась небольшая исследовательская группа. В ней — опытный комсомольский работник и педагог, социолог, журналист. В группе также студенты-энтузиасты, получившие навыки исследовательской деятельности в кружках и лабораториях, на отделениях факультетов общественных профессий.

Итог — деловая игра «Ленинский зачет». Ведущий рассказывает, что такое «деловая игра» и как в нее играть. Позади трудный день, но ребята оживились — это что-то новое. Поделились на четыре команды. В каждой — студенты одного факультета. И сразу появляется азарт — надо постараться, чтобы родному факультету не ударить лицом в грязь перед соперниками.

Разминка (термин этот пришел из КВН). Подключайтесь к одной из команд и слушайте задание. Сейчас вы познакомитесь с двумя реально возникающими при подведении итогов Ленинского зачета ситуациями. Как вы себя повели бы в этих ситуациях и почему? Подготовьтесь к ответу через семь минут. В зачет идут как выступление команды по своим ситуациям, так и дополнения, критика ответов «конкурентов». Готовы?.. Начали!

 

*** ...Как можно больше требования к человеку и как можно больше уважения к нему... Это соединение требований к личности и уважения к ней — ...одно и то же. И наши требования, предъявляемые к личности, выражают и уважение к ее силам и возможностям, и в нашем уважении предъявляются в то же самое время и требования наши к личности...

А. С. Макаренко

 

— Так, что у нас? «Комсомолец Г. отсутствует на собрании по аттестации участников Ленинского зачета. Ваши действия?»

— Ясно, отложить вопрос. Выяснить, почему отсутствует.

— А если он ногу сломал, в больнице лежит?

— Надо личный комплексный план посмотреть. Выполнил обязательства, претензий к нему нет — чего формализм разводить.

— А если есть к нему претензии?.. Быстро пробегают минуты. Время!

— Ой, что он говорит! Это же неверно, нарушение Устава! Давайте я дополню!

— А мне кажется, что нужно в этой ситуации поступить вот так...

— У нас, ребята, точно такая же ситуация была. Мы решили сделать так же, но я до сих пор не уверена, что это было правильно.

Дискуссия разгорается, но время ограничено. Точки над «i» помогают поставить ведущий, члены жюри.

А теперь второе задание. Пришли вы в группу проверять, как заполнены личные комплексные планы. Вот один из них перед вами. Правильно ли он заполнен? Сделайте критические замечания, расскажите, как заполняются такие планы в вашей группе. На анализ — двадцать минут. Время пошло!..

— Ну-ка, что нам досталось? «Я, студентка I курса Елена Т., беру на себя следующие обязательства:

  1. Добиться среднего балла за сессию — 4,5, в т. ч. по истории КПСС — 5 баллов.
  2. Отработать на коммунистическом субботнике 8 часов.
  3. Сдать нормы ГТО на «серебряный» значок.
  4. Организовать в подшефной школе кружок.
  5. Заниматься в танцевальном коллективе института.
  6. Принять участие в олимпиаде по математике.
  7. Прочитать лекцию по профориентации в одной из школ.
  8. Написать реферат по истории КПСС.
  9. Пропустить не более 10 часов за семестр».

— Хороший план, все бы в моей группе были такие!

— Цыплят по осени считают. Посмотреть надо, какие пункты завалит.

— А меня, знаете, что смущает? Ну как можно планировать собственную успеваемость? Не только от меня ведь она зависит!

— А от кого еще? Неужели сам не можешь оценить, на сколько знаешь?

— Все-таки неконкретный план. Организовать кружок, а какой? Где? Лекцию где будет читать?

— Куда пошлют!

— Мне вот, ребята, последние два пункта не нравятся. Реферат по истории КПСС она и так обязана писать, в учебный план он входит. Что за обязательство о пропусках? Заболеет, так и больше пропустит. А будет здоровой — на все занятия ходить обязана.

— Уж будто сам ни разу не прогуливал?

— Чего-то не хватает еще в этом плане...

Снова обсуждение, дискуссии. И — третье задание. Теперь команда играет за комсорга. Он готовится к собранию по итогам выполнения личных комплексных планов. Задача — решить для себя, как аттестовать данного студента, что рекомендовать записать в протоколе.

К обязательствам студента приложена краткая характеристика его деятельности. Серьезно работает над освоением учебной программы, был активен на семинарах, написал реферат. Отличник учебы. И ГТО сдал на «золото», и в субботниках участвовал. Но на олимпиаду не пошел, лекцию не прочитал, отстающим не помогал.

Как же его аттестовать?

...Три часа пролетают незаметно. Ребята довольны — завтра же они понесут выработанные точки зрения в группы.

Так в экспериментах, пробах, спорах рождается первый цикл — деловые игры для учебы комсомольских секретарей групп. Их шесть, среди них «Организация комсомольского собрания» и «Повышение учебной активности группы», «Коллектив» и «Социалистическое соревнование». Сборник этих игр издал обком ВЛКСМ, а группа переходит к деловым играм нового уровня. Более глубокими по содержанию, более разнообразными должны стать игры для учебы факультетских и институтских органов комсомольского управления. Проходят проверку игры «Редколлегия» и «Подготовка вопроса на бюро», «План эстетического воспитания» и «Командир ССО».

Работы — горы необъятные, но появляются новые идеи. Нельзя замыкаться на студенческих проблемах, нужны такие же игры в школах, техникумах, на заводах. Переделка, перестройка игр — и вот первый опыт в подшефной школе. Получилось? А как для заводских активистов? Надо попробовать...

Как оценить эффективность деловой игры? Живо, интересно, задорно прошло занятие — хорошо, но это не главное. Через несколько недель после игры «Ленинский зачет», на которой мы с вами побывали, начался этап аттестации. Первые же сообщения — несколько увеличилось количество неаттестованных, аттестованных условно. Что, ухудшилась работа? Нет, наоборот — четче, принципиальнее стали комсомольские активисты, их поддержали коллективы групп.

Трудное дело — определить эффективность деловых игр. Они могут сказаться и сразу и лет через десять — пятнадцать. Одно ясно — их необходимость.

 


***

ЗАПИСКИ КОМАНДИРА ССО

День первый — первый конфликт.

Вот и начинается мой третий трудовой семестр. Мой отряд небольшой — всего 25 человек. Меня не пугают трудности, но уже сейчас я почувствовал, что быть командиром не так просто, как кажется на первый взгляд. Вчера мы прибыли на место дислокации — совхоз «Тарусский». Директор совхоза отсутствовал, и вообще нас встретили как-то странно, без особого энтузиазма: не поздравили с началом третьего трудового, долго не могли решить жилищный вопрос. Я невольно стал искать поддержки у кого-то, объяснений. Но вовремя вспомнил, что поддержки и объяснений ждут от меня мои бойцы.

— Не в санаторий приехали, — с укоризной говорит Мария Семеновна (зав. клубом, в котором нас собираются поселить).

Да, не в санаторий. И чего я, собственно, ждал: встречи с музыкой, горячих объятий директора совхоза и гостиничных номеров? Нет, конечно. Но почему-то казалось: раз мы здесь нужны, то и встреча должна быть соответственной.

Васька Шустров скорчил недовольную мину — сейчас что-нибудь выдаст.

— Мужики, а зачем нам вообще эти постели? Давайте спать на полу! А еще лучше, на улице, «под сенью древ тысячелетних» — романтика!? Ну, что вы скисли?.. Комиссар, скажи что-нибудь о комсомольцах 20-х годов, про холод, голод, про энтузи...

— Прекрати паясничать, — оборвала на полуслове комиссар Валя Ефименко, — тоже мне, боец... И замолчала. Валентина первый раз в стройотряде, но пользуется авторитетом среди ребят. Она волевая, Валька-Волька.

Замечаю на лицах ребят растерянность и ловлю себя на том, что я тоже несколько растерян. Придется привыкать следить за собой, за своим настроением, ведь отряд как зеркало отражает настроение командира.

Принимаю бравый вид: «К вечеру все будет в порядке. Пока благоустраивайтесь. Все». Оставляю Вальку за старшую. Бегу разыскивать директора. Не буду описывать эти поиски и длинный разговор с Василием Семеновичем. Однако к вечеру «постельный вопрос» был решен. Вся злость у меня почему-то прошла. Ведь, если разобраться, я же и виноват в этом инциденте. Еще когда договор заключали, надо было четко договориться обо всех «мелочах» быта. А я только и думал о выгодной работе. Но, если задуматься, заработок зависит от выполнения плана, выполнение планового задания — от производительности труда, а она, в свою очередь, помимо стройматериалов, погодных условий и прочего, зависит и от настроения бойцов. Ну, а рабочее настроение в прямой зависимости от условий быта, организации досуга, полноценного отдыха.

Обо всем этом я начал задумываться лишь теперь. Но размышления размышлениями, а вчерашний день прошел. Все утрясается. Через 15—20 минут подъем, и начинается первый трудовой день нашего отряда. За эти полтора месяца нам .предстоит построить весовую и провести капитальный ремонт телятника. Всего две фразы: «построить», «провести ремонт», а за ними стоят полтора месяца жизни, работа, новые знакомства и, как говорится, радость побед и горечь поражений.

День третий — втягиваемся.

Загораем. Нет, разумеется, не третий день, а только сегодня. Нет бетономешалки. Два дня вели подготовительные работы. Что я узнал за эти два дня? Чему научился? Больше всего опасался за Ваську Шуст-рова и его компанию. Думал, от этих толку не будет, им бы все шуточки — несерьезный народ. Но до работы они злые. Самую грязную, неблагодарную работу делают так, что засмотришься. Вот, к примеру, чистили вчера телятник (подготавливали для бетонирования). Грязь, вонь, а Васька лишь шуточки отпускает да работает. Девчонки тоже молодцы. Их у меня всего шесть человек (включая комиссара). Вчера Василий Семенович приезжал посмотреть, как мы работаем. Девчонки как раз штукатурили. Он посмотрел так хмуро, недоверчиво, а потом вдруг сказал: «Неплохо,., профессионально!»

Надо ли говорить, как приятно было девчатам слышать такое о своей работе. Даже на ужин не хотели идти: «Подождите, немножко осталось». (Для себя сделал вывод, что похвалить во время работы, поддержать энтузиазм, увлеченность трудом гораздо важнее, чем разглагольствовать о качестве и количестве вне работы. И главное — действенней. Результаты налицо: работу, рассчитанную на два-три дня, девчонки сделали за один день. Причем сделали так, что залюбуешься.)

Зато Серега Маров и Леха Яковенко меня удивили. Серьезные вроде парни (Серегу я даже в комиссары предлагал). И вежливые, и дисциплинированные, но работать не любят. Не знаю, может, у меня сложилось необъективное мнение, ведь только третий день работаем, но это классические сачки. Зачем записались в стройотряд — непонятно? Вот и сейчас: Васька опять ругается — не знает, куда себя деть, а они, похоже, даже довольны. Не волнуются. Сидят и не спеша, с достоинством покуривают.

Вообще, простой — бич ССО. Ведь если постоянные рабочие привыкают к этому (там, где нет правильной организации труда) и воспринимают это спокойно : есть работа — работаем, нет ее — отдыхаем, то в ССО это удар по моральному состоянию бойцов.

Вспоминаю прошлогодний стройотряд: там простои были систематическими. Я тогда был просто бойцом, поэтому несколько по-другому воспринимал все это. В конце концов строительный отряд превратился в отряд бездельников: привыкнув целыми днями загорать и свыкнувшись с мыслью, что уже наверняка ничего не заработаем, мы уже не возмущались, а мечтали о том, чтобы завтра и послезавтра чего-нибудь не хватало, чтобы не работать. В конце концов нас перекинули на другой объект, но восстановить трудовой энтузиазм было значительно сложнее.

Нельзя допустить этого, ведь многое и в моих силах!

После долгих поисков я обнаружил несколько бетономешалок в Петровке, во втором отделении совхоза.

Разговор с директором:

— Послушай, я тебе все объясню, — говорит Василий Семенович. — Через неделю во втором отделении сдают целый комплекс животноводческих помещений, сейчас там закончат бетонные работы. Два-три дня — и тебе дадут хоть две бетономешалки.

— Поймите, нам нельзя сбивать темп. Ведь у нас стройотряд, а не дикая бригада. Многие ребята с трудом втягиваются в работу. И это неудивительно, ведь большинство впервые в ССО. Такое неритмичное начало работ приведет к удлинению периода «раскачки», а значит, мы не успеем сделать все, что намечено по договору. К тому же во втором отделении некоторые бетономешалки не используются.

Наверное, я говорил не очень убедительно, и Василий Семенович принял мои объяснения за новый прием «выбивания» техники. Однако все-таки уступил и пообещал, что утром бетономешалка будет.

День четвертый — о чем говорит статистика?

Действительно, утром старенький трактор приволок какое-то чудовище, которое при максимуме терпения и упорства могло служить бетономешалкой. Работа пошла! Горячий выдался денек: солнце палило нещадно, но ребята не раскисали от жары, а, наоборот, еще больше разогревали себя в работе. Даже Ле-хе и Сергею передался общий настрой, и они работали вполне удовлетворительно.

Сейчас вечер, но настроение у меня по-прежнему отличное, да и у моих ребят и девчат тоже. После хорошей работы приятно отдохнуть. На крыльце тихонько бренчат гитары. Наверное, Василий обменивается репертуаром с местными. Да, пора приступать к выполнению культмассовой части договора.

Невольно тянет на философские размышления.

 

*** Мы будем работать, чтобы вытравить проклятое правило: «каждый за себя, один бог за всех»... Мы будем работать, чтобы внедрить в сознание, в привычку, в повседневный обиход масс правило: «все за одного и один за всех»...

В. И. Ленин

 

Еще в подготовительный период я случайно познакомился с данными социологических исследований. Некоторые из них выписал себе в блокнот, чтобы узнать, в чем сходство и отличия моего отряда от типичного «среднеарифметического». Все бойцы ССО в исследовании условно делились на четыре группы: студенты, поступившие в вуз сразу после окончания школы — «школьники», едущие первый раз, второй и больше; «производственники» (работавшие до поступления в вуз), едущие первый раз, второй и больше. Внутренние мнения групп довольно однородны (например, ответы юношей и девушек практически совпадают). На один из вопросов анкеты: «Попробуй сформулировать причины, по которым ты записался в стройотряд» — получены следующие ответы (см. таблицу 1).

Таблица 1

Участие в ССО Категория Материальные факторы, % Нематериальные факторы
1 раз «Школьники» 25 75
  «Производственники» 43 57
2 раза «Школьники» 24 76
и более «Производственники» 27 73

Таким образом, лишь половина «производственников», участвовавших в ССО один раз, выделила материальный фактор как один из важнейших. В дальнейшем, что легко видно из таблицы, этот фактор существенно уменьшает свою роль.

Посоветовался с комиссаром. Решили провести анкетирование в отряде прямо сегодня.

На основе анкетирования тоже хотел составить таблицу, но ответы были столь единодушными, что не было нужды разделять опрашиваемых на «школьников» и «производственников». Нематериальные факторы признали только двое (т. е. 8 процентов). Это комиссар Валя и Татьяна Сподаренко. Я невольно начинаю задумываться: почему у меня такие результаты?.. Неужели мои ребята — рвачи? И ловлю себя на том, что я-то в первый раз ездил тоже из материальных соображений.

Еще один пункт из записной книжки. «Что привлекает тебя в ССО?» Оценивались по десятибалльной шкале такие факторы:

а) возможность заработать;

б) получение полезной специальности;

в) красивая форма;

г) романтика вообще;

д) хочется поработать и проверить себя, свои силы и возможности;

е) в ССО наглядно видны результаты собственного труда;

ж) в некотором смысле случайность;

з) ССО — тоже отдых;

и) совместная работа с друзьями; к) самовоспитание.

Потом в каждой категории данные усредняли, получали следующее (см. таблицу 2).

Таблица 2

Участие в ССО Категория а б в г д е ж з и к
  «Школьники» 7,4 5,6 3,7 7,0 7,4 6,0 1,8 9,7 7,9 6,3
1 раз «Производственники» 7,3 6,6 4,0 6,4 8,3 7,4 1,6 5,3 8,4 6,2
2 раза «Школьники» 8,6 7,0 3,0 6,2 6,4 7,3 2,3 5,6 7,9 6,6
и более «Производственники» 7,1 6,9 2,8 5,7 7,0 7,1 1,1 5,5 8,1 6,9

Выехавшие один раз «школьники» выделяют в качестве главных мотивов «совместную работу с друзьями», «возможность заработать», «романтику». Однако у тех, кто выезжает в ССО несколько раз, наглядно видно изменение мотивов: сохраняются «возможность заработать» и «совместная работа с друзьями», но добавляются такие важные для воспитания будущего молодого специалиста факторы, как «в ССО наглядно видны результаты собственного труда», «получение полезной специальности».

«Производственники», как более опытные люди, реальнее относятся к стройотрядовским проблемам, поэтому основные факторы не меняются по мере увеличения количества выездов. Это «совместная работа с друзьями», «возможность заработать», «хочется проверить себя, свои силы и возможности», «в ССО наглядно видны результаты своего труда».

Бойцы моего отряда в основном согласны с этими мотивами. Вот усредненные результаты нашего анкетирования (см. таблицу 3).

Таблица 3

а б в г д е ж з и к
8,6 5,5 0,5 5,6 6,4 7,7 0,5 3,4 7,8 4,7

Они выделяют: «возможность заработать», «совместная работа с друзьями», «в ССО наглядно видны результаты собственного труда». То есть, помимо материального фактора, который, безусловно, был и остается одной из важных составляющих, существует немало других объективных причин. И если на одну чашу воображаемых весов положить материальные мотивы (пункт а), а на другую — факторы морального удовлетворения (пункты е, г, д, и), то, бесспорно, моральные факторы перевесят материальные. Чтобы окончательно убедиться в этом, я решил провести еще один эксперимент: объявил, что на втором отделении работают шабашники (это и на самом деле было так). Им нужен один (именно один!) человек для работы на бетономешалке. Работы недели на две, а получить можно в два-три раза больше, чем в нашем стройотряде за месяц. Дело выгодное. Если кто пожелает, могу отпустить.

Желающих не нашлось! И это несмотря на то, что большинство моих бойцов назвали главным мотивом выезда в ССО «желание заработать».

Впереди много горячих деньков, а может быть, и простоев. Впереди пол-лета!

День десятый — день ударного труда.

Откровенно говоря, я боялся этого дня. Ребята у меня, конечно, все сознательные — комсомольцы. Но я невольно вспоминаю, как проходил этот самый день ударного труда год назад. Наш командир тогда, помню, как-то криво усмехнулся и сказал, что, мол, сегодня «праздник труда», т.е. работаем бесплатно. Потом добавил: «Кто будет сачковать — спишу по трудодню». И все. Лишь позже мы узнали, что деньги, заработанные в этот день всеми отрядами, перечислены в Фонд мира. Заработали мы тогда мало, работали с прохладцей.

Конечно, не хотелось повторения такого «праздника». Поэтому еще неделю назад я поговорил с комиссаром:

— Давай не будем сейчас говорить о предстоящем дне ударного труда. А ты подготовишь бойцов направленными политинформациями, в которых будешь уделять особое внимание фактам братской помощи социалистическим и развивающимся странам, борьбе за мир.

— Перестраховщик ты, — улыбнулась Валентина, — ребята и так бы все поняли, без всяких там направленных политинформаций. Мы же не первый месяц с ними работаем.

Я, наверное, действительно перестраховщик. Точнее, первые дни научили меня, готовя мероприятие, продумать все детали. Впрочем, я был уверен почти во всех ребятах, но вдруг найдутся один-два, которые испортят всем настроение своим обывательским «очень нужно».

Боялся я напрасно. Конечно, тематические политинформации тоже принесли свои плоды. Помню, на одной из них Валя говорила о том, что рабочие и колхозники перечисляют деньги в Фонд мира, о том, для чего необходимы эти деньги. И девчонки-первокурсницы (они впервые в ССО и не знали о существовании дней ударного труда) предложили отработать один день в Фонд мира. Как жаль мне было разочаровывать их в том, что не они первые выступили с этой инициативой, что уже запланирован такой день ударного труда, но в то же время радостно, что они прочувствовали это, поняли сердцем.

Объектом работы в день ударного труда было избрано помещение почтового отделения. За его ремонт Василий Семенович обещал нам приличную сумму. После того, как договорились, он укоризненно заметил:

— Такие молодые, а уже смотрите, где бы подша-башить...

— Да мы, Василий Семенович, хотим в Фонд мира его отремонтировать.

— Ну, тогда молодцы,— улыбнулся он, — только не успеете, поди, за один-то день, ребятки...

— Да я думаю, вместе с вашими комсомольцами общими усилиями справимся.

Признаться, я не ожидал, что на наш воскресник придет столько народу. То ли с помощью «деревенского телеграфа», то ли какими-то другими путями, весть о дне ударного труда в Фонд мира облетела все село. Не только комсомольцы, но и пенсионеры-ветераны войны и труда с орденскими планками на груди пришли положить свой кирпич, вбить свой гвоздь во имя хорошего дела. Прямо какая-то демонстрация! Даже ребятишки прибежали помогать и делали то, что им по силам. Работали, как любят писать в газетах, «с огоньком». Красиво работали! А как приятно сознавать, что ты делаешь два полезных дела сразу: помогаешь и одновременно вносишь свой, пусть небольшой, вклад в дело мира, ощущаешь себя частицей народа, борющегося за великое дело — за мир во всем мире. Хочется сказать что-то возвышенное, но к чему красивые слова, пусть дела говорят сами за себя.

Уже к обеду ремонт был закончен. Обедали вместе. Всего за несколько часов совместной работы мы познакомились, подружились и даже узнали, кто на что способен. Ведь в труде и только в труде можно узнать человека по-настоящему.

День двенадцатый — что же делать?

У нас ЧП — драка на работе.

С утра я поехал договариваться насчет досок (для обшивки домика на весовой). Конечно, до этого еще далеко, сейчас и так работы полно. Но вдруг достать их окажется сложным делом, а, значит, в будущем не миновать простоев. Наверное, за это «а вдруг...» Валя и зовет меня перестраховщиком. Но иначе я уже не могу. Приехал к обеденному перерыву. Все существо мое ликовало. Своими глазами видел: на центральной усадьбе полно пиломатериалов. Доски любой толщины, бруски, бревна — все, что душе угодно. Значит, можно работать спокойно!

Зашел в столовую и сразу почувствовал, что-то не то. Лица у всех растерянные. У Васьки Шустрова под глазом синяк.

— Что случилось, Валюха?

— Да ты не пугайся, ничего страшного. Садись, ешь. Я тебе все расскажу.

Тут только я заметил, что в столовой нет Сереги Марова и Лехи Яковенко, и начал кое-что понимать.

Еще в первые дни был серьезный разговор с Ле-хой и Серегой. Я, конечно, грозить им не мог, но все парни сказали, что сачков у себя в отряде терпеть не будут. Они будто бы поняли и все эти дни работали не хуже других (значит, могут, умеют). «А сегодня, — рассказывала комиссар, — прямо не знаю, какая муха их укусила. Демонстративно сидели и ничего не делали, да еще выступили, что, мол, сегодня они с прохладцей, но работают, а завтра пусть кто-нибудь другой. Тут Васька Шустров вспылил. Ну, Леха слегка приложил ему под глаз. Другие парни тоже не выдержали, вскочили. «Мы, — говорят, — вас приучим к труду». И ряд выражений... Короче, подрались...»

Я, признаться, немного растерялся. Что сделать, неясно. Валя считает, что все пройдет и так.

День четырнадцатый — вот что значит самолюбие!

Не буду писать о производственных трудностях — их, как всегда, много. Но убедился — все они разрешимы. Главная радость у меня сегодня — это то, что Маров и Яковенко перекрыли дневное задание, да еще помогали другим. Я глазам своим не поверил. Конечно, драка — не решение проблемы. Но я и не предполагал, что этот «урок» может иметь такие результаты. Очевидно, самолюбие не позволило им уехать или «замкнуться в себе», как это обычно бывает. Конфликт вроде бы исчерпан, но с Васькой Шустровым они по-прежнему не ладят. При каждом удобном случае и он, и они стараются сказать друг другу что-нибудь неприятное. Сегодня опять чуть не подрались. Надо постараться их помирить. Но как?

Зато у них появился новый друг Петька Васильков или просто Петро, как уважительно называют его парни. Он из тех, кого в социологических исследованиях называют «производственник», отслужил в рядах Советской Армии. Парень физически сильный, работает здорово. Теперь они работают втроем: Леха, Серега и Петро. И я подозреваю, что их сегодняшний рекорд — результат не конфликта, а спокойного разговора с Петро, который состоялся вечером. Черт возьми, даже не верится, что они могут так работать!

Любопытно провести параллель между трудовым семестром и первыми двумя. Ведь в каждой учебной группе есть так называемые «середняки»—троечники. Учатся с прохладцей, а порой и вовсе «заваливают» некоторые экзамены и сдают их только со второго, а то и с третьего раза. Это, по сути, те же сачки, только отношение к ним часто другое: более миролюбивое, а точнее сказать — равнодушное! Почему?

Первое, что приходит в голову, — это то, что в стройотряде нетерпимое отношение к лентяям диктуется материальными соображениями. Но ведь и учебная группа тоже материально страдает от бездельников.

Решение, как мне кажется, в тех же принципах коммуны. К примеру, если бы стипендию группы делили поровну, на всех студентов, то, наверное, отличники уже не относились бы равнодушно к чужим провалам, они были бы уже не «чужими», а их собственными провалами? Нет, это не сработает!.. Очевидна необходимость переноса опыта трудового коммунистического воспитания (а именно — опыта ССО) на учебный процесс. Но как это сделать — остается пока не решенной задачей не только для меня. И еще одно, меня восхищает Петро. Ведь нашел он такие слова, которые убедили парней перебороть в себе обиду на товарищей и начать работать по-настоящему, несмотря ни на что. Петро не имеет педагогического опыта, зато имеет немалый жизненный. Да и не о высоких материях он с ними говорил, а скорее всего по-свойски, по-товарищески о чем-то. О чем?

Вот, наверное, таких «петро» не хватает нам часто в учебных группах...

День двадцатый — шефский.

Откровенно говоря, шефской работой мы занимались немного. Разве что Васька Шустров. Его детство прошло без отца. А когда подрос — стал в доме за старшего, заботился о двух маленьких сестренках. Наверное, поэтому он легко нашел общий язык с сельской ребятней, и они чуть не каждый день встречали его с работы. Сегодня, в воскресенье, мы решили посвятить свой досуг деревенским ребятишкам. Инициаторами были, конечно, Василий и комиссар. Решили организовать своеобразный детский клуб «Малышок».

С утра зарядил дождь, а мы начали репетицию. Замысел Василия был довольно смел, и поначалу я даже не верил в реальность постановки новой серии «Ну, погоди!» за один день. Где будет на этот раз гоняться Волк за Зайцем? Ну, конечно, у нас, в стройотряде. Главный режиссер — В. Шустров. Он сделал Волка положительным персонажем — инспектором по ТВ, а Зайца — нарушителем техники безопасности и устава отряда. Честное слово, получилось здорово!

Целый день шла репетиция, а вечером наш клуб наполнился веселыми голосами сельских ребятишек. И хотя из-под маски совсем не страшного Волка выглядывала добродушная физиономия Василия, а в Зайчишке все узнали маленькую Таню Сподаренко, спектакль получился интересным даже для нас, так как нарушители ТБ узнали во многих ситуациях себя. Мальчишки и девчонки от души смеялись и хлопали в ладоши. Оказывается, от шефской работы тоже можно получать удовольствие. В конце представления Волк и Заяц подарили малышам книжки с картинками. Ребятишкам не хотелось уходить из только что созданного нового клуба «Малышок». До поздней ночи мы вместе с ними пели песни про Чебурашку и Крокодила Гену и другие.

День двадцатый — снова анкеты.

Наша работа подходит к концу. Еще несколько дней, и сдаем объект. Теперь уже наглядно видно то, что мы сделали за этот месяц. Мы по очереди и все вместе взвешивались на новенькой весовой, построенной своими руками.

Сегодня я вновь решил заняться социологическими исследованиями. Интересно сравнить, насколько представления о ССО, формирующиеся до работы в третьем трудовом семестре, совпадают с реальными ощущениями. Требуется оценить: а) духовную атмосферу в стройотряде, б) взаимоотношения бойцов,

в) взаимоотношения с командиром и комиссаром,

г) взаимоотношения с местными организациями, д) организацию работ, е) организацию культурной жизни, ж) самоудовлетворение.

Рекомендуется выставить +1 там, где реальность совпала с идеалом, 0, если расхождения незначительны, —1, если расхождения значительны. Вот результаты исследований в других отрядах (см. таблицу 4).

Таблица 4

Участие в ССО Категория а б в г д е ж
  «Школьники» 0,3 0,5 0,5 —0,1 0,2 0,2 0,1
1 раз «Производственники» 0,3 0,7 0,3 —0,2 —0,3 0,1 0,1
2 раза «Школьники» 0,6 0,4 0,3 0,0 0,0 0,1 0,2
и более «Производственники» 0,4 0,6 0,5 —0,1 —0,2 0,2 0,2

 

Таким образом, если внутриотрядные взаимоотношения в целом вызывают удовлетворение, то внешние контакты (организация работ, взаимоотношения с местными организациями) далеки от идеальных. И тем не менее, 92,3 процента опрошенных хотели бы еще раз поехать в ССО.

А вот что получилось в нашем отряде (см. таблицу 5).

 

Таблица б

а б в г д е ж
0,4 0,6 0,5 0,0 0,2 0,3 0,6

Нам повезло: внешние контакты были несколько лучше, хотя, конечно, неидеальными; и, как следствие этого, возросшая оценка самоудовлетворения.

Интересно проанализировать ответы на вопрос:

«Является ли участие в ССО элементом профессиональной подготовки по специальности?» Вот данные исследовании в других отрядах (см. таблицу 6)

Таблица б

Участие в ССО Категория Полезно, % Необходимо, % Ни полезно, ни необходимо, %
1 раз «Школьники» 51 10 39
  «Производственники» 52 24 22
2 раза «Школьники» 64 18 18
и более «Производственники» 64 18 18

Таким образом, всего 15 процентов воспринимает ССО, как школу будущего командира производства, около 20 процентов вообще не связывает участие в ССО со своей будущей специальностью. «Здесь вскрываются большие резервы воспитательной работы с бойцами», — делают вывод социологи.

У нас результаты аналогичные: полезно — 60 процентов; необходимо — 28; ни полезно, ни необходимо — 12.

Конечно, многие сознают полезность и необходимость ССО как школы будущего руководителя, но с теми, кто этого не понимает, надо тщательно работать. Иначе может получиться так, что ССО для них будет действительно «ни полезным, ни необходимым».

«И во время учебы, и работая в стройотряде, мы находимся в деловом коллективе. Много общего между этими сферами студенческой жизни, но есть и различия. Давайте попробуем сформулировать, каковы преимущества учебного процесса над работой в ССО и наоборот?» Так формулировался еще один вопрос анкеты.

Качественный анализ ответов приводит к выводу: организация труда в учебном процессе выше, однако, эффективность — за ССО. В чем причины этого? Вот некоторые мнения: «В ССО чувствуешь себя самостоятельным», «Труд в ССО — труд всех бойцов в общем, в учебном процессе — индивидуальный, самостоятельный труд студента», «Больше непосредственной ответственности за содеянное, в ССО нагляднее видны результаты труда».

День тридцать первый — концерт.

Сегодня у всех моих бойцов (и, конечно, у меня) радостный день. Еще бы, ведь сегодня мы сдали свои объекты, причем раньше намеченного срока. Работа принята на «отлично». Настроение у всех приподнятое, по-настоящему праздничное. Вечером состоится концерт, который мы даем совместно с сельской молодежью.

Приехало начальство из зонального штаба. Все поздравляют. Перед концертом ребятам даже неудобно стало от такого обилия приветственных речей и добрых слов в наш адрес. А я вспоминаю, как ни странно, плохую встречу, простои, былые обиды и неувязки. Тогда они казались мне значительными. Порой я думал, что никогда у нас не будет достигнуто взаимопонимания с Василием Семеновичем. Как теперь все это кажется мелко. А может, и не было всего этого? Нет, конечно, было. Но, перефразируя народную пословицу, можно сказать: «Встречают как попало, провожают по труду». Быть может, это и правильно, справедливо...

День последний — отъезд.

Провожать нас вышло чуть не все село: начальство, рабочие совхоза и те мальчишки и девчонки, которые так аплодировали Волку и Зайцу в клубе «Малышок». Грамоты, подарки... Да и заработали прилично. Не знаю, кто как, а мы на будущий год вновь поедем в ССО всем отрядом!

Что дал этот месяц работы ССО совхозу, отряду, наконец, лично мне — командиру? Кому ССО более необходим?

Совхозу, безусловно, необходимо было построить весовую, отремонтировать телятник. Разумеется, и бойцам отряд был необходим. И не только как источник заработка, но и как возможность получения специальностей штукатуров, маляров, каменщиков, плотников, так необходимыхлюбому человеку, способ самовоспитания, возможность проверки себя, своих сил и качественной оценки их через наглядно видимые результаты собственного труда. Стройотряд нужен им и для того, чтобы просто поработать с друзьями или приобрести новых друзей; нужен, в конце концов, как отдых, смена обстановки и рода занятий после утомительного учебного года, как разрядка после летней сессии.

 

*** По мере того, как молодежь будет доказывать, что она умеет объединить свой труд,— по мере этого успех коммунистического строительства будет обеспечен.

В. И. Ленин

 

Но это с точки зрения бойцов. А с моей точки зрения ССО необходим как школа трудового воспитания, включающая в себя не только те аспекты, которые отмечают сами бойцы, но и другие, моральные. Ведь ССО, если хотите, это и школа будущего руководителя производства! И не только для меня и комиссара (хотя для нас более, чем для других), но и, в конечном счете, для каждого бойца ССО.

Поэтому не случайно все так единодушны в желании на будущий год вновь записаться в ССО. И я, если удастся, вновь поеду с этим отрядом. Ведь теперь с этими ребятами горы свернуть можно!

 


***

МОНОЛОГ КОМСОМОЛЬСКОГО РАБОТНИКА

Помню, несколько лет назад начал я работу «освобожденным» замом в комитете ВЛКСМ. К этому времени, вроде бы, стаж комсомольской работы накопил большой — и комсомолией группы командовал, и в факультетское бюро входил, и в стройотрядах комиссарил, и в «Комсомольском прожекторе» членствовал. Казалась мне новая работа простым продолжением старой. Еще и легче должно быть — раньше комсомольская работа была любимым, но вторым делом, а теперь ничто не мешает развернуться... Прошла неделя, две... и мое состояние стало мне не очень нравиться. Вдруг обнаружил я, что не удается мне командовать событиями; наоборот — захлестнули они меня, и несусь я в текучке повседневных дел, обязанностей и мероприятий, не успевая притормозить и оглянуться — все ли нормально идет?

В девять утра аппаратное заседание в райкоме. Не успеваю, вернувшись в комитет, поздороваться с ребятами, как бегу на совещание кафедр общественных наук. Возвращаюсь в полпервого и сажусь расписывать мероприятия по райкомовской планерке. Минут через пятнадцать откладываю работу — пришли активисты, нужно обсудить одну идею. Обсуждение заканчивается во втором часу, надо на обед, но к трем в райком требуется справка, а она еще не готова. Заканчиваю справку, отдаю на машинку, а сам — на заседание бюро факультета. Сегодня оно проходит быстро, и в начале четвертого я уже за своим столом. Снова возвращаюсь к отложенным делам, но звонит редактор многотиражки. Я ведь, и правда, обещал к завтрашнему утру заметку в заочную школу комсорга. Набрасываю заметку — и пора проводить планерку своего сектора. Нервничаю, ряд дел, намеченных прошлой планеркой, не сделан — придется поругаться с провинившимися. Шестой час — звонок из райкома: завтра перед заседанием бюро быть с материалами по «моему» вопросу. Из соседней комнаты выглядывает секретарь — пора начинать нашу планерку «освобожденных».

...Стрелки часов сошлись на цифре восемь, и, немного одуревшие от заседания, мы решаем — пора расходиться. Я иду, глубоко вдыхая морозный воздух, и перебираю круг сегодняшних дел — это я не успел, это отложил на завтра, об этом я просто забыл. Не сделано что-то большое, важное и нужное, но что?.. Не помню.

Вот тогда, в эти первые недели, и заметил я одну черточку, характерную деталь — при встрече освобожденные комсомольские работники «хвастают» не новыми костюмами и не редкими книжками. С огромным любопытством мы осматриваем друг у друга «еженедельники», «дневники», «блокноты» и другие немудреные изделия полиграфии, помогающие хоть немного беречь время.

Я прошел все стадии, которые проходит освобожденный комсомольский работник в борьбе за время. Я завел шесть записных книжек, общий дневник и еженедельник, перекидной календарь и листочки в нагрудный карман пиджака. Теперь время улетало еще и на поиски нужной записи в этом богатом канцелярском хозяйстве. Я мужественно взялся за самохронометраж — и забросил его через неделю: резервов времени не усматривалось. Я стал приходить к семи утра или уходить из кабинета в полночь, пытаясь в эти часы, когда никого нет в комитете, подумать о перспективах. Моя любимая молодая жена начала намекать, что она меня не понимает. Я лихорадочно схватился за науку. Пособия для руководителей, оргтехника, теория управления, дизайн — наука выглядела стройной, исполнение ее рекомендаций сулило деловитость и неисчерпаемые запасы энергии, но ничего не получалось. Одно время я даже решил, что такая жизнь и есть единственно возможный стиль работы, и, не скрою, мне стало тоскливо.

Наверное, этот нервный этап проходит каждый освобожденный комсомольский работник, по крайней мере, за эти годы наблюдал его у всех своих друзей. Кое-кто так и остается рабом этого анархического стиля; как правило, он быстро сходит с орбиты освобожденной комсомольской работы. Многие в муках приобретают тот драгоценный опыт, который позволяет создать некоторый порядок в этом трудноуправляемом процессе, а многие, махнув рукой на личную жизнь, честно и натужно руководят кипящей комсомольской жизнью.

Прошедшие годы — для меня огромная школа руководства. Сколько времени, помнится, я тратил на то, чтобы подготовить справку! Сейчас мне проще, в голове как бы сам собой возникает вопросник, я сразу же вижу, как проверить выполнение данного мероприятия, какая информация может оказаться полезной, какая — не очень нужной. Кануло в Лету стремление все сделать самому — по любому направлению деятельности за эти годы подобрался энергичный, боевой актив, многократно проверенный в делах. Через полгода я сдам дела своему преемнику и перейду работать по специальности на завод. Мой преемник — отличный парень, уже год я готовлю его. Я знаю, ему будет немного легче, чем мне. Этот год скажется накоплением опыта, постепенной апробацией моего преемника во всех делах. Но и ему будет трудно: сработает закон перехода количества в качество, выполнение части моих функций не до конца знакомит его со всеми сложностями нашей работы и, естественно, многие проблемы оставляет для него открытыми.

Наверное, это неизбежный этап становления любого руководителя — «изобретение велосипедов», и все-таки за оставшееся время я хочу передать ему как можно больше идей, наблюдений, методов, выстраданных позиций.

Пожалуй, главная позиция, которая сформировалась у меня за эти годы,— любовь и доверие к науке управления. Те книжки, которые я разочарованно отложил в первые месяцы работы, в дальнейшем снова и снова появлялись у меня на столе. Теперь мне понятно — до них надо было дорасти. Здесь была та же самая ситуация, что и с чтением классической литературы — трижды за свою жизнь я перечитывал «Войну и мир», и трижды менялось мое восприятие этой гениальной книги. Если в школьные годы меня увлекли батальные сцены, любовь Наташи Ростовой и русский патриотизм, то сейчас я задумываюсь над законами и правилами, заставляющими людей в каждом конкретном случае поступать так, а не иначе.

Основные принципы управления, над которыми я размышлял при первом прочтении, казались банальными, самоочевидными, а значит, непреложными истинами. Потребовались годы исканий для уяснения не менее банальной истины — успех организаторской работы определяется педантичным, ежечасным, иногда подсознательным согласованием методики организации конкретных дел с общими принципами управления.

 

*** Нам нужны не такие люди, которые знают только букву марксизма, которые только для экзамена зазубрили его формулы, а люди, овладевшие марксистским методом и умеющие применять его в практической жизни.

М. И. Калинин

 

Комитет ВЛКСМ — это штаб, управляющий деятельностью семи с лишним тысяч комсомольцев. Двадцать комитетчиков, двадцать штабистов не в состоянии даже просто по разу переговорить с каждым рядовым бойцом, но обязаны в своей деятельности дойти до каждого. Этому должна подчиняться вся структура организации, и именно здесь возникает масса проблем. Решить их можно сейчас, на современном уровне, только научными методами.

Красивое словосочетание «информационный поток». Идеально отлаженная деятельность комитета ВЛКСМ предполагает четкую двустороннюю связь — оперативную информацию штаба о проблемах, настроениях, пожеланиях рядовых бойцов и четкую передачу информации сверху вниз. Я помню прошедший не так давно обмен комсомольских документов, когда четко отлаженное собеседование с каждым принесло комитету много идей и проблем. Но такое систематическое собеседование со всеми может проводиться лишь раз в несколько лет. Выборочные собеседования, посещение комсомольских собраний в группах и на потоках тоже позволяют собрать определенную информацию, но этого недостаточно.

Десять лет исполнилось нашей нештатной организации — социологической лаборатории. Ежегодно все новые энтузиасты подключаются к ее работе. Для студентов это — комсомольское поручение, получение общественной профессии, общественно-политическая практика. Для нас, комитетчиков...

Социологический анализ научных успехов «молодых ученых» вскрывает серьезные недостатки в общей организации этой деятельности. Солидная их часть за несколько лет работы не опубликовала ни одной статьи, не имеет заявок на изобретения. Решение, пусть частичное, создание под эгидой комитета ВЛКСМ конференций молодых ученых, системы конкурсов, выход в ректорат с ходатайством об издании отдельных сборников работ научной молодежи.

Таких примеров накопилось много. Целенаправленное анкетирование позволило комитету ВЛКСМ неоднократно ставить проблемы, обосновывать их актуальность и находить правильные пути их решения.

Иногда анкетные исследования позволяют решить частный, сравнительно узкий вопрос. Иногда требуют перестраивать и совершенствовать сложившиеся давно и накопившие традиции системы. Вот, например, недавно начавшаяся работа — анализ постановки эстетического воспитания в институте. В этом направлении сделано многое. Из самодеятельности вышли почти профессиональные коллективы, известные далеко за пределами города — вокально-инструментальный ансамбль «Альтаир», политический театр, ансамбль скрипачей, одна из первых в Сибири студенческих дискотек, студенты-политехники имели персональные выставки картин, награждались на конкурсах художественной фотографии и т. д. и т. п. Но не маскируют ли эти экстремальные достижения общее неблагополучие в эстетическом воспитании всех студентов? Вслед за Магнитогорским горно-металлургическим институтом мы начинаем комплексное социологическое исследование. Цель его — оценить уровень эстетического развития студенческих масс «на входе» — первом курсе института и «выходе» — выпускном курсе. Уже первые итоги показали необходимость перестройки системы эстетического воспитания политехников, направление этой перестройки подскажут дальнейшие исследования.

Но только оперативностью информации и постановкой проблем польза существования лаборатории при комитете комсомола не исчерпывается. Ряд исследований позволяет придать конкретность нашей пропаганде. Вот только один пример.

Бесплатное образование как завоевание социализма — один из широко известных всем без исключения нашим студентам фактов. Однако обыденность этого факта не позволяет иногда оценить данное преимущество в полном объеме. И вот три девушки, члены лаборатории, педантично осваивают статьи, инструкции по экономике высшего образования, проводят опросы своих товарищей. Финал — небольшая статья в многотиражной газете, в которой на конкретном материале показываются преимущества социалистической системы образования. То обстоятельство, что данный факт доказывается не общим анализом системы американского образования в целом, а сопоставлением конкретного американского вуза с родным, в котором учишься, придает общеизвестным утверждениям еще большую убедительность.

Вот эта социологическая лаборатория и стала надежным помощником комитета ВЛКСМ, базой, от которой в последнее время отпочковываются все новые исследовательские лаборатории и группы.

«Дойти до группы и каждого отдельного комсомольца» — этот лозунг, как я уже говорил, нельзя понимать буквально. Наша цель — отладить работу всех промежуточных звеньев — факультетских комитетов ВЛКСМ, групповых комсомольских бюро учебных групп. Анализ показал — резервы скрываются в тщательно продуманной и не менее тщательно организованной учебе актива. И довольно большая группа студентов, преподавателей, комсомольских активистов работает над этой учебой. Первые материалы уже вышли из печати, а работа еще предстоит большая.

Неопределенность в постановке вопросов, часто наблюдаемая и в документах, которые доходят к нам «сверху», и в документах, которые мы требуем «снизу», вредна, и выравнивание этого положения было первичной целью работы другой исследовательской группы. Однако в процессе работы цель расширилась. Разрабатывается единая система документации — как ни прозаично, но хорошо отлаженная такая система позволяет беречь время.

Внимательно наблюдая за новинками, появляющимися в других вузах, мы заметили серию неудачных попыток создать подсистемы АСУ «комсомол вуза». После того, как восторженное отношение к ЭВМ сменилось осторожным и трезвым, стало ясно — нельзя перескакивать через целый этап разработки и внедрения информационно-поисковой системы на перфокартах. Первые карты этой системы «Активист», «УВК» — уже внедрены, и это тоже одна из разработок исследовательской группы.

Одна из злободневнейших проблем — регламентация отношений комитета ВЛКСМ и других организаций в проведении различных мероприятий. До тех пор, пока четко не будут расписаны функции, что именно для организации данного мероприятия делает комитет ВЛКСМ, а что — задача профкома, за что отвечает кафедра и что делает, например, совет по НИРС, неизбежны накладки, сутолока, низкое качество нашей работы. Круг деятельности института весьма широк, и практически в каждом мероприятии, начиная от ремонта аудиторий и кончая проблемами успеваемости, участвует комсомол. По ряду направлений такое согласование позиций уже произошло, результаты налицо, но именно тогда-то и родилась очередная идея.

Ряд мероприятий — конференции, собрания, соревнования, олимпиады, подписка — проводятся у нас из года в год. Отлажена и схема организации этих мероприятий, правда, не до деталей. А что если создать типовые, детальные схемы проведения этих ежегодных дел? Отдельная исследовательская группа, освоив довольно простые методы теории сетевого планирования, разрабатывает типовые сетевые графики различных мероприятий. В недалеком будущем подготовка к мероприятию будет начинаться с детализации этих планов — в соответствующие клетки вставляются фамилии ответственных, подставляются даты — и на стене комитета ВЛКСМ вывешивается документ, отражающий и контролирующий всю подготовительную работу. Первые опыты с сетевыми планами отчетно-выборной комсомольской конференции показали — это очень удобно.

Мы как-то подсчитали — только в 1978/79 учебном году над разработкой и внедрением научных методов в комсомольскую работу у нас трудилось около 300 студентов — целый НИИ. Вот к этому и будет стремиться новый состав комитета ВЛКСМ, эту задачу я и хочу передать своему преемнику. Комсомольская работа в современном вузе должна вестись по-современному, а значит, в дружбе с наукой. Выиграет от этого комсомольская организация, выиграют студенты, будущие руководители производства — ведь правильный, научный взгляд на свою деятельность — неотъемлемое качество современного руководителя. Какие новые направления откроются в этом студенческом НИИ? Может быть, шефский сектор, оказывающий помощь комсомольским организациям заводов, фабрик, школ? Может, группа, занявшаяся историей институтской комсомольской организации— она поучительна для будущих поколений омских политехников, может, СКВ по разработке и внедрению в комсомоле различных средств оргтехники. Наверное, настала пора по примеру ведущих вузов страны систематически выпускать информационный бюллетень комитета ВЛКСМ, ряд разработок исследовательского центра достоин и более широкого распространения.

 

*** ...Без «человеческих эмоций» никогда не было, нет и быть не может человеческого искания истины.

В. И. Ленин

 

Через полгода мне предстоит вернуться к инженерной специальности. Многие из моих друзей уже сделали такой шаг.

«Знаешь, чему научила меня освобожденная комсомольская работа,— недавно сказал мне один из них,— цепкости и оперативности, деловитости, умению организовать людей. Работаю я сейчас в крупном строительном тресте. Мне довольно быстро удалось войти в курс дела, избежать многих ошибок. Теперь, составляя производственный план, стараюсь продумать всю последовательность действий, учесть все мелочи, «проигрываю» возможное поведение людей, с которыми предстоит работать.

Большая школа жизни — комсомол!»

 

***

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

ОПК — общественная приемная комиссия. НИРС — научно-исследовательская работа студентов.

ОмПИ — Омский политехнический институт.

НОУ — научное общество учащихся.

МФТИ, Физтех — Московский физико-технический институт, создавший уникальную систему подготовки высококвалифицированных ученых и инженеров-прикладников (сама система называется «системой физтеха»).

СКВ — студенческое конструкторское бюро. ССО — студенческий строительный отряд. ФОП — факультет общественных профессий. ШКА, ШПА — школы комсомольского (профсоюзного) актива, ТБ — техника безопасности.

СНИИ — студенческий научно-исследовательский институт.

ТПИ — Томский политехнический институт.

ТИСИ — Томский инженерно-строительный институт.

ТИАСУР — Томский институт автоматизированных систем управления и радиоэлектроники.

 

 

 

Вадим Николаевич Сергеев, Сергей Георгиевич Макаров, Константин Николаевич Павлов, Юрий Владимирович Ягодинский

...ОСИЛИТ ИДУЩИЙ

Очерки о проблемах современного вузовского комсомола

Редактор Н.Е. Ульянов Обложка художника В. А. Кудрявцева Фото В.3. Шевырногова Художественный редактор И. В. Бисеров Технический редактор Н. В. Калякина Корректор Н.Ф. Шестова

Подписано в печать 11.05.81. Тираж 5000. Цена 20 коп.
Омское книжное издательство. 644024, Омск, 24, ул. Пушкина, 57.
Типография издательства «Омская правда». 644056, Омск, 56, проспект Маркса, 39.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить