.АЯ библиотека!

Публицистика

Главная Проза Публицистика Стройка — наша судьба

Стройка — наша судьба - СТРОЙКА — МОЯ СУДЬБА (воспоминания лауреата Государственной премии, заслуженного строителя РСФСР, кавалера орденов: Ленина, Октябрьской революции, Знак Почета, бригадира штукатуров т. Науменко Н.Ф.)

Cтроительно-монтажный трест №2 — один из самых старейших строительных подразделений в г. Омске.Н. Ф. НАУМЕНКО.
СТРОЙКА — МОЯ СУДЬБА

Помнится мне такой случай... Пришла к нам в бригаду молодая женщина. Поработала немного — стала увольняться. Спросила ее: почему? — А-а-а, не хочу в грязи возиться.

Подумала я, что словами ее не разубедить, однако, чувствовала и себя виноватой — не нашли мы подхода к человеку. И вот столько лет прошло, а этот факт не забывается. И посей час я как бы спорю с ней... Да, нашу работу штукатуров не сделаешь в белом халате. Мы имеем дело с сыпучими материалами, раствором, водой, работаем пока что грубым инструментом. Придет, конечно, время, и мы перейдем на сухие методы штукатурки, работа станет чище, придумают и сделают машины, инструмент, которым станет легче и быстрее работать. Но даже и при этом все будут делать наши руки. Я убеждена, что даже самый совершенный инструмент не выполнит работу хорошо, если человек, в руках которого он, безразличен к делу. Важно, то, с каким настроением, с какой мерой душевного расположения подходишь ты к делу. Называют это «любовью к профессии». А с чего начинается эта любовь? Я думаю, что скучающий человек не может хорошо работать, что от человека, который не радуется труду своему, мало проку. А откуда же брать эту радость? От жизни, которая в условиях перестройки меняется на наших глазах, от чувства того, что и ты должен положить свои силы, чтобы она стала красивее, богаче...

 

СНАЧАЛА БЫЛИ ТОЛЬКО РУКИ, ПОТОМ ПРИШЛИ МЕХАНИЗМЫ, ПОТОМ — НОВЫЙ МЕТОД

Помню, когда начинали строить дома на площадке «А», здесь было болото. Иртыш рядом, и по берегу лепились какие-то сараи, кучи бревен. К берегу можно было попасть по шаткому настилу на деревянных сваях. Сколько же песка нужно было намыть, сколько сил затратить, чтобы поставить на этом месте кварталы жилых домов, устроить набережную, которой сейчас гордятся омичи. И нет, пожалуй, в этом микрорайоне кирпичного дома, на котором бы не работала наша бригада.

Сегодня этот район считается уже старым, потому что выросло много новых, с домами улучшенных серий, имеющими больше удобств. Ведь только за последние 25 лет в Омске построено столько жилья, сколько насчитывал к началу 60-х годов весь жилой фонд города.

Наш трест №2 строит жилые дома и объекты социально и культурно-бытового назначения — школы, Дома культуры, детские сады, предприятия бытового обслуживания и торговли и т. д. Эти здания в основном возводятся из кирпича. А в Омске за последние годы большое развитие получило сборное строительство; 85% жилых домов — панельные. Значит, и сроки возведения их стали короче. Но без кирпичных домов и зданий, исполненных по индивидуальным проектам, не обойтись — тогда город проигрывает в своем облике. И в то же время мы, строящие здания из кирпича, не имеем права отставать в сроках строительства от тех, кто возводит сборные. Но затраты труда на кирпичном доме, естественно, выше. Где же выход? Может быть, увеличить число рабочих? Согласитесь, что это не тот путь. В тресте стали искать способы механизировать труд штукатуров. В нашей бригаде стали испытывать новые механизмы и инструмент. Вспоминаю, как поставили нам впервые штукатурную станцию:

— Ну-ка, пробуйте, девчата, работать по-новому.

Раньше-то как штукатурили: поднесешь раствор носилками к месту работы и мастерком шлеп-шлеп на стенку. Вот потихоньку и шлепаешь. А тут раствор привозят, загружают в приемный бункер штукатурной станции и по толстым резиновым шлангам с помощью растворонасосов закачивают к месту работы. Возьмешь конец шланга, на котором специальное устройство — сопло, — и как бы поливаешь раствором стену. На первый взгляд — удобно. Однако пришлось нам немало помучиться, пока освоили этот механизм.

Какие трудности были? Во-первых, много значит привычка к старым приемам в работе, ведь не один год нашлепывали мы на стены раствор и казалось, что лучшего и не придумаешь, приемы определенные выработались. Новый прием вроде несподручен. Да и сами механизмы нам, женщинам, казались как бы не с руки. Я первая взялась за этот шланг. Потом уже другие стали пробовать. У иной сразу не получается, бросит шланг: «не буду, лучше уж руками!». Бывало, прикрикнешь, а то и ласковым уговором заставишь. Постепенно научились в бригаде сопловать, выгоду почувствовали — быстрее получается, и все-таки легче. Такая же история с затирочными машинками. Раньше поверхности стен заглаживали вчистую только полутерками. А здесь специальная машинка — знай, води по поверхности. Как в сказке. Только сказка-то скоро сказывается, а вот с машинками этими, пока приспособились, много времени ушло.

Машинки вначале были несовершенные. Сперва — пневматические, от компрессора, сжатым воздухом работали. Потом уж пошли электрические. Подключали их к преобразователям, или к трансформаторам с низким напряжением. И в том, и в другом случае — таскай за собой по этажам компрессоры или тяжелые трансформаторы, путайся со шлангами. Сейчас же стало намного проще — подключишься к розетке с напряжением 36 вольт постоянного тока — и работай себе. А что было делать, если машинка сломалась или диск надо заменить? Значит, бросали ее и принимались за полутерки. И этот вопрос разрешили: сейчас на площадке есть вагон-инструменталка, сдашь слесарю неисправную, возьмешь взамен другую и — продолжай.

Если сравнить ту, первую штукатурную станцию с сегодняшней, разница большая. Первая была без агрегата для подработки раствора. Вручную через вибросито загружали в бункер раствор, перемешивали его лопатой. А сейчас — подходит самосвал, выгружает раствор в бункер, включаешь мотор — заработал барабан с лопастями, раствор перемешивается, добавляется вода, доводится до нужной консистенции и подается по шлангам к месту. В зимнее время бункер утепляется, раствор в нем подогревается.

То же и со шлангами — первое время много неудобств было. Соединения между отдельными отрезками были несовершенные и часто при давлении расходились, раствор вытекал. Потом сделали надежные соединительные муфты — дело пошло лучше.

Помогали нам осваивать новую технику инструкторы треста «Оргтехстрой», механики нашего управления и треста, руководители и специалисты. Все были заинтересованы, чтобы механизация прижилась, чтобы получить от нее отдачу в производительности, в облегчении условий труда, в улучшении качества штукатурки. Благодаря этой помощи наша бригада освоила механизированный метод. Сейчас мы даже не представляем как это раньше обходились без штукатурной станции, затирочных машинок.

За счет освоения механизации мы выигрывали. Если в 1970 году в день мы делали в среднем по 9, 7 кв. м. на штукатура в день, то к 1985 — 16, 1 кв. м.

 

НАША РАБОЧАЯ ГАРАНТИЯ

Незабываемыми стали для нашей бригады и, думаю, для каждого рабочего человека дни подготовки и работы XXV съезда партии, обсуждение решений съезда. Как бы ответом на эти события стал призыв москвичей «Пятилетке эффективности и качества — рабочую гарантию». Этот почин диктовался самой жизнью. Сегодня уже мало самому хорошо работать, давать хорошую продукцию, а важно добиваться, чтобы на всем пути производства этой продукции не было небрежности и халатности. А кому, как не нам, рабочим, взять это дело в свои руки. Поясним эту мысль на примере нашей бригады и треста. Не помню, чтобы нам когда-то поставили удовлетворительную оценку за качество штукатурки, только — «отлично» и «хорошо». А с внедрением поточно-пооперационного метода с качеством стало еще лучше, потому что, сдавая каждый день готовую продукцию, ежедневно видишь свою работу, и уж если что-то получилось не так, тут же исправишь.

Но одна бригада сама по себе не повысит качества строительства объекта в целом, и чтобы такую задачу решить, у нас действует система управления качеством. Вот такие данные: в 1970 году наш трест 2 сдал на «хорошо» и «отлично» только 54% жилья и 57% объектов социально-бытового и культурного назначения, а через 10 лет соответственно 86 и 100 процентов. Значит, качество нашей работы улучшилось. Чем это объясняется? Думаю, тем, что на стройке стали внедрять систему пооперационного контроля за качеством по конструктивным элементам. На мастеров, прорабов возложили больше ответственности за контроль качества, разработали методику определения качества, шкалу оценок по каждому конструктивному элементу. Для бригад разработали условия соревнования, за хорошее качество к аккордно-премиальному наряду прибавляется oпрeдeлeнный процент, за недостатки по качеству наоборот, снимается. Не скажу, что все шло гладко, но одно то, что в это внесли организацию, уже сказывается. Вот и теперь, прежде чем перейти на объект, штукатуры принимают у каменщиков работу, вместе с мастером или прорабом, бригадиром каменщиков обходят все, придирчиво осматривают кладку и дают оценку. А оценка эта на заработок бригады каменщиков влияет. Так же происходит и в нашей бригаде: качество штукатурки принимают у нас следующие за нами по технологической цепочке столяры-плотники и маляры. Здесь уже идет строгий суд: требовательность высокая предъявляется.

Один день в неделе у нас так и называли в тресте — день качества. Руководители и специалисты управлений, треста на каждом объекте проверяют качество работы. Это ведь не только учет тех или иных недостатков, но и встречи с руководителями, обмен мнениями, иной раз и нелицеприятный разговор о просчетах в организации труда и снабжения. Во всяком случае, от таких дней качества мы получаем пользу.

Еще бы хотела остановиться на хорошем мероприятии, которое стали вводить в нашем тресте — днях бригадира. Правда, проводятся они один раз в 3-4 месяца, но очень запоминаются. Мы встречаемся все вместе, бригадиры всех специальностей, слушаем друг-друга, узнаем новое, вместе едем на объекты, учимся, как лучше организовать работу, в ином случае покажут — как не надо. В общем, день бригадира — хорошее дело, особенно для молодых.

 

СОРЕВНОВАТЬСЯ — ЗНАЧИТ, ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЛУЧШИЙ ОПЫТ

Мы вышли победителями в соревновании юбилейного года, года, 70-летия Великой Октябрьской социалистической революции. Все годы 11 пятилетки мы работали и продолжаем работать под девизом «Пятилетке эффективности и качества — нашу рабочую гарантию!». Внешне, казалось бы, мало что изменилось. А вот боевой настрой внутри бригады, следовательно, ответственность каждого за качество труда стали ощущаться сильнее. Как-то летом мне пришлось работать сразу на двух объектах, так уж получилось — производственная необходимость. Однажды после рабочего дня на жилом доме, где работала почти вся бригада, приезжаю на стройку студенческого общежития, посмотреть, как дела продвинулись. Никого нет — время к вечеру. Иду по этажам — слышу голоса. Кому бы это быть? Так и есть, две девочки мои работают. Спрашиваю: а вы почему не дома? Смутились. А потом одна из них. говорит: «Знаешь, Нина Федоровна, отделали мы эту комнату, что-то неважно получилось, но вот... » Посмотрела я, вроде, и до этого они работу выполнили неплохо, но решили все-таки переделать, сами нашли изъяны. В душе я, конечно, порадовалась этому. К такому порядку привыкли в бригаде те, кто давно работает: допустил небрежность — переделывай в нерабочее время. А эти девушки. и в бригаду пришли недавно, и вот уже без всякой подсказки решили исправить себя. Ну как тут не порадоваться.

Этому помогает соревнование внутри бригады между потоками и звеньями, между отдельными членами бригады.

Конечно, дела и настрой членов бригады зависят от общего состояния дел в нашем тресте. Трест-2 — старейшая строительная организация в городе. Более 300 ветеранов труда проработали в нем по 25 и больше лет. Можно представить, какие это большие мастера строительного дела и толковые. организаторы производства. Интересно работать в таком коллективе, где имеются хорошие трудовые традиции и опытные кадры.

Есть у нас многие формы соревнования. В тресте разработаны условия социалистического соревнования между строительно-монтажными управлениями, между прорабскими участками. Традиционными стали соревнования за звание «Лучший рабочий по профессии», «Гвардеец жилищного строительства треста №2», «Заслуженный ветеран треста 2».

Условиями социалистического соревнования предусмотрены меры морального и материального поощрения. Например, коллективу СМУ, по результатам работы за квартал, добившемуся лучших показателей, присуждается 1 место с вручением переходящего Красного знамени, этот коллектив заносится в Книгу трудовой славы треста, поощряется и денежной премией. Если же коллектив этого управления удерживает 1 место и в последующий квартал, то премия увеличивается на 20%. Коллектив СМУ — победитель в социалистическом соревновании по итогам года награждается переходящим Красным знаменем треста, заносится в Книгу почета «Летопись коллектива треста №2» с выдачей свидетельства и денежной премии 1000 рублей. Если же в этом управлении объем работ увеличился за год на 20%, выработка на 15%, сдача объектов на «хорошо» и «отлично» составляет не менее 90% — то премия увеличивается в два раза.

Аналогичные меры поощрения разработаны и для прорабских участков, бригад, в том числе и бригад, работающих по хозрасчету.

Для успеха соревнования очень важно организовать его так, чтобы каждый рабочий, каждый коллектив, на определенный период имел конкретное задание, чтобы постоянно люди информировались о том, каких результатов добивается каждый из соревнующихся коллективов.

 

НАШИ РЕЗЕРВЫ

Итак, достигли мы выработки 16, 1 кв. м. на человека в смену (в среднем по стране штукатуры пока делают по 7-8 кв. м. ), а дальше что, где же резервы? Ведь мы не имеем права останавливаться на достигнутом. А резервов немало.

То, что мы сами можем работать еще лучше — это бесспорно. Что там и говорить, некоторым моим девчатам, особенно молодым, еще мастерства не хватает, умения. Бывают и простои по нашей вине. Это наши, как говорится, внутренние резервы, мы их, конечно, используем. Но есть и внешние. Я бы разделила их на технические и организационные.

Возьмем вопросы технического порядка.

Нашим инженерам есть над чем подумать. Представьте, веду я соплование, давление, с каким подается раствор по шлангам, регулирую не я, а машинист станции, который находится внизу, в самой станции. Это неудобно. Давление должна регулировать я, то есть управление станцией нужно вынести на рабочее место. Тогда я могу вовремя останавливать моторы, менять давление, наносить раствор механизированно в труднодоступные места. Этот вопрос требует инженерной поддержки.

Теперь возьмем такой вопрос: на двух основных операциях — нанесении раствора на стены и заглаживании поверхностей — процесс механизирован, и руки не прикасаются к раствору. А вот отделка откосов, мест примыкания, рустов — делается вручную. Неужели и здесь нельзя ввести механизацию? Часто мы спорим по этому поводу. Кто-то доказывает, что это невозможно. А я отвечаю, что несколько лет назад тоже не верили, что можно по шлангам подавать раствор на этажи. Думать надо, искать.

Теперь на крупных строительных объектах есть вагоны- инструменталки. Кажется, чего еще надо: потребовался тебе какой-то инструмент — идешь к хозяину этого инструментального вагончика и получаешь. Если нет в наличии нужного инструмента, он тут же свяжется по рации со своим диспетчером и закажет. Однако на деле получается не всегда так. Сломалась затирочная машинка, принесешь в вагон-инструменталку слесарю, он поковыряется в ней, отдаст, мол, исправная, а через пять минут снова бежишь — не работает. Набор инструмента и приспособлений в этих инструменталках бедный, редко пополняется новым. Да и слесари бывают разные. Большинство — хорошие специалисты, наши помощники. Но встречаются и такие, что не особенно заинтересованы в общем деле. Поскольку у нас все взаимосвязано, то и необходимо поставить зарплату работников техслужб в прямую зависимость от наших результатов.

 

БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД — ПРЕЖДЕ ВСЕГО

Года три назад на отделке 9-этажного дома наша бригада заключила договор на штукатурные работы. Основное мы сделали, но не довели до конца — перебросили бригаду на другой объект, а здесь, мол, нет лифтов у заказчика, и работы надо прекратить. Вернулись мы на этот дом только через несколько месяцев. Конечно, сроки подряда мы не выполнили, и в том, что такой договор мы заключили, в СМУ об этом даже забыли.

Значение бригадного подряда, суть его в том, что подписывая договор, бригада берет на себя ответственность за все дела на стройке. Как выразился зачинатель этого метода Николай Анатольевич Злобин, «бригадный подряд — это не привилегия отдельных бригад, а принцип работы на стройке». Быть хозяином — так коротко можно выразить это положение.

Что же касается отношений между организациями внутри треста, на мой взгляд, специализация СМУ по отдельным видам работ сейчас серьезно тормозит все дело. Видимо, будущее за потоками. Нужно сделать точные расчеты внутренней структуры таких потоков. Бригады разных профессий должны быть сформированы по количеству людей так, чтобы, не отставая и не опережая, выполнять свои работы строго в технологической последовательности. Вот тогда бригадный подряд будет не искусственной формой, а естественным, необходимым методом труда.

 

ПЛАНИРОВАНИЕ И ЕЩЕ РАЗ ПЛАНИРОВАНИЕ

Подряд начинается с планирования.

Сейчас более половины объектов сдается в четвертом квартале, а если точнее — в последних числах декабря. Следовательно, вопрос прежде всего в том, чтобы ритмично в течение года спланировать сдачу конечной строительной продукции. В этом отношении для нас, строителей, очень ценный опыт города Орла, или «орловская непрерывка», то есть планирование капитального строительства на два года. Об этом опыте много писали и пишут. Центральный Комитет нашей партии одобрил его и рекомендовал для внедрения, Но, видимо, в некоторых городах, в частности, у нас в Омске, считают необязательным вводить более четкое двухлетнее планирование строительства.

По нормам Госстроя СССР положено, чтобы заказчики в текущем году 30% средств передавали на задел для будущего года, а, как правило, больше 7-8% под задел не передается, да и эти мизерные средства к концу года снимаются.

В этом, и прежде всего в этом, я вижу наши резервы повышения производительности труда, улучшения качества строительства. И уверена, что это мнение разделяют исключительно все, кто имеет отношение к стройке. Глубоко запал в память художественный фильм «Премия». Сколько раз смотрела его и в кино, и по телевидению, и в нашем драматическом театре. Этот спектакль выражает наши думы, наши чаяния о будущем стройки.

 

ДУМА О МОЛОДЫХ

О молодежи, о воспитании достойной смены — все наши заботы. Начну с такого анализа. Бригада на стройке — это совсем не то, что в колхозе и совхозе, и далеко не заводские условия у нас, где большинство рабочих-сдельщиков работает по принципу «всяк за себя». А у нас «один за всех — все за одного». Поэтому, когда в бригаду направляют новичков, кадровые рабочие встречают их не с восторгом. Почему? Ведь заработок в бригаде делится поровну, в зависимости от разряда: работали у меня в бригаде девчата по 3-4 года, дело знают, и тут приходят с ГПТУ тоже с третьим разрядом, девочки, теоретически подготовленные, а вот опыта работы не имеющие, да и физически пока, что слабее и не у каждой еще выработалась привычка к высокой дисциплинированности и интенсивному труду. А зарплата-то в итоге получается одинаковая, то есть опытные рабочие в какой-то степени обрабатывают новичков. В этом сложность. И в то же время общая заинтересованность в успехе бригады, как бы контроль за трудом и поведением молодых со стороны всей бригады облегчает задачу воспитания. Всем понятно, что без молодежи мы не можем расти. Хотя текучесть в нашей бригаде равна нулю, все-таки ежегодно мы принимали 4-5 человек в свой коллектив. Помню к нам в бригаду пришли четыре выпускницы ГПТУ. Сначала я сама несколько дней присматривалась к ним. Вот эта девочка порывистая, возбудимая, силы неэкономно расходует, надо, чтобы постоянно рядом с ней был спокойный, уравновешенный человек. А эта наоборот — флегматичная, значит нужно приставить ее к боевой женщине, чтобы расшевелила. В общем-то такое деление упрощенное, вопрос значительно глубже, выбор впоследствии незаметно делают сами девочки-новички, как бы выделяя из всей бригады своего человека, и здесь приходится в первую очередь считаться с их желанием.

Так и получилось, что Клава Ауталипова потянулась к нашей Вале Смирновой, Наташа — к Алле Курбацкой, Ира — к Зое Назаровой. Когда это определилось, на совете бригады мы утвердили наших опытных работниц наставниками. Девочки, надо сказать, быстро освоились, а когда получили первую зарплату по 150 рублей, они сразу почувствовали и собственную весомость и зависимость от коллектива, и заслуженное признание. Рядом с опытными мастерицами девушки сразу быстро стали осваивать свое дело. Но это первые шаги. Конечно, Катя будет делиться с Валей своими сокровенными мыслями и заботами, и пойдут они вместе по магазинам, чтобы выбрать обновку, и в гости придет в семью Вали и, в общем-то, как бы исподволь будет перенимать житейский опыт, линию поведения старшей подруги. Это делается не в один день.

Бывает, что принимаем мы в бригаду девочек, не имеющих специальности. Они по вечерам учатся в нашем учебном пункте при тресте. Через этот учебный пункт проходят все наши рабочие, в том числе и бригадиры. Я ежегодно две-три недели без отрыва от производства занимаюсь в нем, слушаем лекции специалистов, изучаем новшества. Ежегодно у нас повышают квалификацию 5-6 человек, все они, прежде чем повысят свой рабочий разряд, проходят курсы на учебном пункте — это обязательно.

Кто-то подумает, легко Науменко, все-то у нее идет, как по маслу, удачливая. Не сказала бы, что это так. Чтобы коллектив был сплоченным, способным выполнить любую задачу, нужно постоянно поддерживать высокую дисциплину, вести воспитательную работу, а в этом деле мелочей не бывает, и не так-то это легко. Ну, подумаешь, опоздал на 10-15 минут на работу, можно простить, но у нас такой, казалось бы, незначительный факт, встречает осуждение. А с дисциплины все и начинается. Нелегкое это дело. Приходят к нам в бригаду «трудные», да что там говорить, много пришлось нам воспитывать и Женю, и Люду, и Сашу. Характеры у них не мед, скажу честно, попади они в какую-то другую бригаду, с ними не стали бы много разговаривать: вот тебе бог, вот порог. А все-таки они работают с нами, определились и в деле, и в личной жизни.

Считается, что бригаду воспитывает бригадир. А я знаю по себе, что и бригада воспитывает бригадира. Я от своих девчат черпаю силы. Бывает, на планерках, особенно если на объекте дело не клеится, переругаемся все, в бригаду придешь — настроение плохое. И кто-то скажет: ты, Нина, остынь-ка, остынь. И так незаметно внимание тебе окажут, душевным теплом обогреют. Да это и не только со мной. Любой из нас, если случается какая-то неприятность, поддержку получит. Одним словом, подруги.

Хорошие девчата у меня в бригаде. Это я с молодости привыкла так называть своих подруг, хотя время прошло и кое-кто из них уже и внуков имеет, а привыкла называть «девчата», молодо это звучит. Катя Сологубова, то есть Каролина Ивановна. С ней мы вместе с 1961 года в одной бригаде. Надежный человек, работница замечательная, за трудовые успехи в 1977 году награждена орденом Трудового Красного Знамени. Ухожу в отпуск, или, бывает, приболею, уверена, что Катя, оставшись за бригадира, сделает все, как надо. Привела Каролина Ивановна в бригаду сношеньку свою, Катю, и та работает прекрасно, а недавно и племянница Наташа пришла с тетей Катей. Смышленая, способная девочка, быстро освоилась с работой.

Алла Курбацкая, Саша Полуэктова, Зоя Назарова, да можно назвать каждую из костяка бригады — все работают на совесть.

Так что же хотели бы мы оставить в наследство молодым? Своей специальности мы учим, отношением своим к делу воспитываем. Но основа все-таки, я считаю, дружба. Это когда приятно и просто необходимо быть вместе, когда скучаешь по своим девчатам и они по тебе.

Помню, сильно заболела, врачи рекомендовали сменить работу, мама моя настаивала: уходи со стройки. Пришли девчата: Нина, мы тебе не разрешим вообще физически работать, только распоряжайся, организуй, мы не можем без тебя. И я без них не могу. Как тут быть?

Вот я и считаю, что успех приходит, если в коллективе есть дружба, уважение друг к другу. Бригада — это жизнь. Себя вне бригады и представить нельзя. Коллектив создает хорошая работа. От этого и заработки стабильные, уверенность в себе у людей и гордость.

И это стараемся передать молодым. Будет между ними дружба — значит, быть и коллективу, и хорошей работе, и удаче в жизни. Такое наследство мы и стараемся им оставить.

Нет-нет да и всплывет в памяти тот давний разговор с той женщиной, ее ответ: не хочу в грязи возиться...

Она увидела только внешнюю сторону нашего труда. А вот если внутрь заглянуть.

Для меня самая лучшая песня:

Друзья, люблю я Ленинские горы ..

 

Это, можно сказать, старинная уж песня, но я ее слушать не устаю. После окончания ремесленного училища поработала немного в Омске, и с группой молодых строителей направили меня в Москву строить университет на Ленинских горах. Это было счастливое время. Собрались мы, молодежь, со всех концов страны. Работали много, помогали друг другу, жили в настроении молодости, веселья. Это была юность, накопление сил, в общем, то, что дает душевную зарядку на многие годы. Ленинские горы стали для меня как бы путевкой в жизнь. И сейчас, когда случается быть в Москве, в первую очередь еду на Ленинские горы и как бы заново переживаю свою молодость.

Потом здесь, в Омске, долгое время работала с замечательным человеком, Марией Леонтьевной Мазур, Героем Социалистического Труда. Она была у нас бригадиром и заботливо, по-матерински строго воспитывала нас. И это во многом помогло мне. Ушла Мария Леонтьевна на пенсию — бригаду передала мне. И мы теперь стараемся не уронить былой славы, бригада много лет носит звание коллектива коммунистического труда.

Стройка — моя судьба. Не обошла она меня признанием.

За труд в восьмой пятилетке наградили меня орденом

«Знак Почета». В 1976 году вручили орден Октябрьской Революции, присвоили звание заслуженного строителя РСФСР, за одиннадцатую пятилетку награждена орденом Ленина.

Многие мои девчата имеют значки победителей Всесоюзного социалистического соревнования, ударников девятой пятилетки. Вот так высоко оценивается наш труд.

Мы с мужем — строители. А вот дети пошли своим путем. Дочка окончила техникум молочной промышленности, сын учится в училище гражданской авиации. Но я на них не в обиде: кажется, выбрали они профессию по душе.

Идем мы после работы по улицам. Веселые, жизнерадостные девчата у меня. С виду и не подумаешь, что сегодня они сделали 500 кв. м. штукатурки. Идут девочки красиво одетые, привлекательные, заглядываются на них. И я ими любуюсь: хорошие мои. Но не такие уж беспечные они, у каждой, кроме домашних забот, есть еще важные занятия и увлечения. Кто-то учится в техникуме, в школе, кто-то рукодельем-шитьём увлечен, музыкой, самодеятельностью. В общем живут полнокровной интересной жизнью.

Совсем, кажется, недавно работала в нашей бригаде Шура Кузнецова, по вечерам училась в строительном техникуме. Окончила — назначили ее мастером. И оказалась она неплохим специалистом, в 1975 году Александре Терентьевне присвоили звание «Лучший мастер Министерства промышленного строительства СССР». Или взять Ефросинью Еремеевну Викулову, старшего прораба, начальника нашего участка. Тоже работала маляром, бригадиром была, училась в техникуме без отрыва от производства — и вот стала хорошим организатором производства, одним из лучших начальников участка в главке. Попробуй этих людей оторвать от стройки, скучают без нее. Хлопотливая работа, но зато, когда объект закончен — сдан, да если еще все хорошо получилось — радости нет края. За это и горжусь своей профессией.

Вот что нужно было сказать тогда этой женщине, да слов что-то не нашлось. Это после я поняла, что нужно еще уметь убеждать.

Сейчас я на заслуженном отдыхе, персональный пенсионер РСФСР. Бригаду возглавляет Каролина Ивановна Сологубова. Хорошие традиции продолжаются.

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Главная Проза Публицистика Стройка — наша судьба