.АЯ библиотека!

Публицистика

Омск - Пешт - Кишдобоши и омичата

КАПЛИ ЗОЛОТОГО ДОЖДЯ

Кишдобоши и омичата

Как-то при мне разгорелся спор между двумя воспитательницами школьного интерната.

Одна из них настаивала:

— Мы должны знать, о чем пишут наши дети своим зарубежным друзьям.

Другая с усмешкой парировала:

— Да вы что! Это же личное дело каждого...

— Какое же это личное дело! — горячилась первая. — Маленький человек, не очень-то хорошо подготовленный для такой ответственной переписки, берется за перо и вольно или невольно представляет при этом свою страну. Ведь он же может и ошибок наделать, и написать какую угодно чепуху. Как же можем мы оставлять этот важный процесс бесконтрольным?

— А вот от нас с вами как раз и зависит, чтобы этот маленький человек был подготовлен к такой ответственной переписке. Мы с вами должны его к этому готовить, — убежденно отвечала вторая.

Спор вскоре забылся, но потом года через два снова ожил в памяти. И произошло это при знакомстве с интернациональным воспитанием в одной из омских школ.

Ученики этой школы вели очень содержательную, взаимно обогащающую переписку с венгерскими ребятами. А началась она с небольшого письма мальчика Андраша из города Цегледа.

Он писал: «Я кишдобош — маленький барабанщик, Прошу вас, пожалуйста, напишите мне письмо. Мы уже выучили много русских слов, и некоторые ребята в классе получают письма из Советского Союза. А я еще ни одного не получил. В нашей школе объявили конкурс на интересное письмо советскому другу. А у меня пока друга нет. Может, кто-то из вашей школы станет моим другом? Прошу вас, пожалуйста, напишите мне письмо». И тут кому-то пришла в голову счастливая мысль:

— Послушайте! Венгерский мальчик пишет, что у них в школе проводится конкурс на лучшее письмо советскому другу. А если...

Инициатору не дали договорить. Все радостно зашумели.

— Конечно! Давайте проведем конкурс на лучшее письмо венгерскому другу.

— Да. А победителю его будет предоставлено право пере-писываться с Андрашом.

Позднее в этой школе зародилось еще одно начинание подобного рода. В четвертых и пятых классах ребята стали писать сочинение на тему: «О чем бы я рассказал зарубежному другу».

Прошло какое-то время, и в письме Андраша снова появилась мысль, на которую обратили внимание в омской школе. Юный венгерский корреспондент сообщал, что по совету учительницы он собирается рассказать в письмах о Будапеште и о своем родном городе, а также о школе, о кишдобошах, о пионерах и еще о лагере на Балатоне, в котором он отдыхал.

Это была уже целая программа переписки. Причем, программа тематически продуманная. И, судя по следующим письмам, мальчик с энтузиазмом взялся ее осуществлять.

Снимок, опубликованный в «Пешт медьеи хирлап» в 1971 году, в дни пребывания в Венгрии первой омской партийной делегации. Встреча со школьниками села Асод Пештской области. Значок на память венгерскому другу.

Снимок, опубликованный в «Пешт медьеи хирлап» в 1971 году, в дни пребывания в Венгрии первой омской партийной делегации. Встреча со школьниками села Асод Пештской области.

Значок на память венгерскому другу.

 

Он на четырех листах описал Будапешт, иллюстрировав свое путешествие по столице Венгрии открытками и марками. Затем не менее «капитальное» письмо было посвящено старинному городу Цегледу Пештской области, в котором он жил. Чувствовалось, что перед тем, как браться за перо, мальчик читал какую-то литературу, пополняя свои знания данными из книг, газет и журналов. Конечно, он все описывал своими словами. Но важно было, что он старался предварительно изучить то, о чем ему хотелось сообщить друзьям.

В результате по письмам этого ученика в омской школе оформили специальный стенд, который стал основой венгерского уголка в пионерской комнате.

«Кишдобош — маленький барабанщик». Так назывался, например, один из стендов венгерского уголка. Познакомившись с его материалами, юные омичи узнавали, что кишдобоши — это, по существу, октябрята. В маленькие барабанщики в Венгрии вступают ребята с восьми лет, а с десяти лет их принимают в пионеры.

У названия «кишдобош» — своя почетная история. Маленькие барабанщики прославились во время освободительной борьбы венгров в 1848—1849 годах. Они участвовали в ней вместе со взрослыми. А участие это выражалось в том, что дети в одних случаях барабанной дробью предупреждали о приближении врага, в других — подавали сигнал к атаке.

Теперь в Венгрии есть Устав маленьких барабанщиков. В нем шесть пунктов, а в Уставе союза венгерских пионеров пунктов вдвое больше — двенадцать. Но и шесть пунктов надо хорошо знать и выполнять, иначе тебя просто не примут в кишдобоши. А прием в маленькие барабанщики обставляется обычно в венгерских школах очень торжественно. На него приглашаются все родные ребят — мамы и папы, сестры и братья, бабушки и дедушки. Празднично одетые будущие кишдобоши с замиранием сердца стоят в строю. И вот начинается присяга. Они хором повторяют ее слова. Потом хором перечисляют обязанности юных барабанщиков. А дальше — самый запоминающийся момент: к каждому из ребят подходит солдат венгерской армии и повязывает ему на шею синий галстук. Солдаты-комсомольцы традиционно уже принимают участие в этих торжественных мероприятиях.

Немало интересного узнали омские ребята и познакомившись с информацией, размещенной на стенде под названием «Венгерские пионеры». В школах Венгерской Народной Республики стремятся добиться, чтобы активно действовали не только каждая пионерская дружина и каждый отряд, но и каждое звено. Там ежегодно собирают общевенгерский слет звеньевых. И любопытно, что слеты эти проводятся в разных городах и всякий раз под какой-нибудь новой, оригинальной эмблемой. Когда, скажем, звеньевые собирались в городе Эгере, то они везде видели нарисованный или сфотографированный ключ. Потом выяснилось, что это ключ символический, что он должен постоянно напоминать участникам слета о главной теме разговора — о том, как найти ключ к сердцу каждого пионера. А у слета, который проходил в городе Сегеде, эмблемой стал ларец для драгоценностей, в который предлагалось «положить» хотя бы одну хорошую идею.

Рассказ о венгерской пионерии начинался на школьном стенде с исторической фотографии, сделанной в 1919 году. Под ней была подпись: «Дети рабочих едут на Балатон». Цепочкой вытянулись они вдоль Будапештской улицы, эти дети. Плохо одетые. У каждого в руках узелок. Ну а в современной Венгрии вокруг озера Балатон разместилось около пятисот пионерских лагерей. Одако самый прославленный пионерский лагерь состоит все-таки из сплошных новостроек — это лагерь Занка, очень похожий, кстати, на советский Артек.

Да, так вот случилось, что маленький барабанщик из города Цегледа неожиданно, как говорится, открыл многим глаза на то, какой полезной может быть переписка учащихся и насколько активно можно ее использовать в интернациональном воспитании. Естественно, он действовал не сам по себе, а невольно передавал тот опыт, который имеется в этом отношении в венгерских школах.

Характерно, что омские ребята, получившие письма от Андраша, тоже старались в каждом письме рассказать о чем-то важном. Например, о Москве, о своем городе, о спортивном празднике «Сибирская зима». И неудивительно, что и их письма, как потом стало известно, тоже использовались в Венгрии для оформления стендов о нашей стране.

Узнав об этой переписке, я сразу вспомнила тех двух спорящих воспитательниц. Наверное, в практике всех воспитателей могут быть полезными такие формы работы, как конкурсы на лучшее письмо зарубежному другу, как сочинения на тему «Что бы я рассказал товарищу, живущему в другой стране». И, конечно, не стоит забывать о важности хотя бы периодических индивидуальных собеседований с теми ребятами, которые ведут переписку. Подсказать содержательную тему для очередного письма, наконец, даже, может быть, помочь составить целую программу переписки, как сделала учительница Андраша,— разве от этого не будет пользы?

Будапешт, 1919 год. Дети рабочих едут на Балатон

Будапешт, 1919 год. Дети рабочих едут на Балатон

 

Несколько позднее ко мне попали письма венгерской ученицы более старшего возраста. В них уже не ощущается в какой-то мере направляющего влияния старших. Читая их, угадываешь самостоятельность мышления и восприятия окружающего, индивидуальность оценок. Но тем не менее чувствуется, что у этой ученицы были в свое время умные воспитатели, хорошо подготовившие ее к письменному общению с далекими друзьями.

Кругозор этой старшеклассницы, естественно, более широк, чем кругозор маленького барабанщика. Клара Месарош из Будапешта пишет Рае Латыповой, ученице омской школы № 53, и об истории, и об искусстве, о литературе.

Много интересного в ее рассказах о национально-освободительном движении в Венгрии, народ которой полтораста лет испытывал на себе турецкое иго, а затем еще — иго австрийское. Волнующие строки посвящены борцам за социальную справедливость. В числе их и вождю крестьянского движения Дьердю Дожу, пятисотлетие со дня рождения которого отмечалось в 1975 году. Этот венгерский Стенька Разин объединил вокруг себя тысячи сельских бедняков. Восставшие победоносно прошли от Пешта по всей Большой Среднедунайской низменности, но затем потерпели поражение, и, издеваясь над крестьянским вождем, феодалы посадили его на раскаленный докрасна железный трон.

«Посылаю тебе кокарду, — пишет Клара Месарош в одном из писем. — Такой значок наша молодежь прикрепляет на пальто каждый год 15 марта. В этот день в 1848 году началась в Венгрии революция, и так мы чтим память борцов за свободу». «У нас в предпоследнем классе гимназии в неделю шесть уроков русского языка, — сообщает Клара. — Сейчас по программе — письмо Татьяны к Онегину. Учим его наизусть. Могу его рассказать, даже если меня разбудят среди ночи. Мне нравятся многие русские фильмы, которые идут в наших кинотеатрах. С удовольствием смотрела недавно «Анну Каренину» и «Балладу о солдате». В дни каникул планирую дочитать «Войну и мир». Фильм по этому роману Толстого я уже видела. В гимназии мы подробно изучаем русскую живопись».

Серьезные рассуждения в письмах Клары перемежаются сообщениями о забавных буднях школьной жизни.

Письма, адресованные Рае Латыповой, передал мне кружок «Мир» школы N° 53 г. Омска. Руководитель кружка — заслуженная учительница школы РСФСР Лариса Иосифовна Риф. Кружковцы участвовали в областном конкурсе «Как ты знаешь Венгрию?» и в числе других победителей были отмечены памятными подарками.

— А вы знаете, как в Венгрии нас называли? Омичата... Интересно, правда?

— Омичата... Теплое слово.

На Восточном вокзале в Будапеште в час их приезда был поднят советский флаг.

Здесь их встречали цветами. Встречали ребята и взрослые — представители области Пешт. И с тех самых минут, когда каждый из омичат побывал в объятиях венгерских друзей и когда все они сели в автобус, чтобы ехать в пригласивший их город Сазхаломбатту, — с тех самых минут и в течение всех девяти дней везде, где они были, к ним относились с радушием и заботливостью.

— Мы принимаем вас как юную делегацию от нашей сибирской родни, — сказали ребятам в парткоме Дунайского нефтекомбината. Из Омска у нас были делегации: партийная, профсоюзная и комсомольская. А теперь вот прибыли и посланцы пионерии.

В Пештском обкоме комсомола в честь омичат состоялся прием. Была организована встреча с председателем областного совета пионерской организации Лабои Ласло.

Областная партийная газета «Пешт медьеи хирлап» опубликовала солидный репортаж о пребывании в Венгрии юных сибиряков, а поначалу представила их: «Это приехали к нам в школу имени Эндре Шагвари ребята из школы № 3, участвовавшие вместе со взрослыми омичами в работе общественного клуба «Поиск» при редакции «Омской правды», о котором уже рассказывалось и в «Пешт медьеи хирлап» и в венгерском журнале «Вилаг орсаг». И еще газета сообщила о том, что у омичат есть важное поручение: они привезли материалы о бойцах, отдавших жизнь за освобождение Сазхаломбатты, — их биографические данные и тридцать три портрета, переснятые родственниками павших с документов или семейных фотографий, — все, что собрано участниками поиска в результате переписки с жителями самых разных уголков Советского Союза. Теперь, писала газета, после уточнения фамилий погибших их имена будут высечены на памятнике в Сазхаломбатте к 30-летию освобождения Венгрии. Сколько венков и цветов легло в тот день к памятнику — не сосчитать. Началось же с того, что советские и венгерские ребята, взявшись за руки, парами подходили к обелиску и каждый оставил здесь свою гвоздику.

Затем грянул «Интернационал». Пели его все. Пели дружно. На русском и венгерском языках. И захватывающая мелодия, так неожиданно звучавшая на тихом дунайском берегу, казалось, соединила, слила во времени разные нации и разные поколения.

Конечно, было в дни этой поездки и еще многое. Был, например, концерт в школе.

И была встреча на нефтеперерабатывающем комбинате, где ребятам показали установку № 1 и где они познакомились с бригадой социалистического труда. С интересом осмотрели омичата и новую ТЭЦ со всей ее автоматикой, с приборами, многие из которых изготовлены в СССР.

А еще состоялось знакомство с озером Балатон, с этим знаменитым «венгерским морем». В доме отдыха нефтяников пионеры находились три дня.

Омичат все время сопровождали венгерские ребята. Двенадцать из них во главе с пионервожатым Йожкой (а точнее Йожефом Фишером) отдыхали вместе с гостями и на озере

Балатон. Вместе разжигали вечерами костры. Вместе танцевали и пели под аккомпанемент гитары.

В Будапеште ребята, конечно, побывали прежде всего на горе Геллерт. Вершину этой горы, как известно, венчает видный издалека монумент Освобождение.

Очень внимательно осмотрели дети Парламент с его кружевными башнями и великолепными залами. Запомнили все, что им говорили об истории здания, и даже посидели на депутатских местах.

Большое впечатление произвела на омичат пионерская железная дорога. Маленькие красные поезда мчатся по Будайским горам. А это — самое красивое место венгерской столицы.

Здесь же, в Будайских горах, располагается и большой пионерский лагерь, о котором знают все в Венгрии. Называется он Чиллеберц. В одной из песен об этом лагере поется: кто однажды здесь побывал, будет без конца о нем рассказывать. А еще есть совсем другая, суровая песня об этих местах. В ней такие строки: «Здесь комсомольцы тайно сходились. Шагвари был впереди...» Действительно, во времена фашизма в этой лесистой части Будайских гор тайно собирались молодые участники рабочего движения. Одним из руководителей их был Эндре Шагвари. Он и погиб во время вооруженной схватки с фашистами. Именем его названы теперь многие пионерские дружины Венгрии. Это имя носит и школа, пригласившая к себе в гости омичат. Эта первая поездка в область Пешт состоялась в 1974 году летом. А через год они принимали у себя венгерских друзей. И тоже было много обогащающих встреч, незабываемых впечатлений. Город на Иртыше понравился им.

Многое здесь оказалось уже знакомым по тем открыткам, которые они получали от омичей: и ленинская горка с лестницей, ведущей к памятнику вождю, и сквер имени Борцов революции, и мемориальный комплекс в парке Победы.

Юных гостей принимали в Омском отделении Общества советско-венгерской дружбы. Состоялась встреча и в городском комитете ВЛКСМ.

Радушно приветствовали их во многих коллективах — в теплично-парниковом комбинате и в СибНИИСХозе, в политехническом и физкультурном институтах, в пионерлагере завода «Электроточприбор». И совсем как дома чувствовали они себя в школе № 3, рядом с омичатами — своими побратимами.

Идет концерт. В просторном зале расставлены стулья. А многие зрители значатся одновременно и артистами, и, когда приближается их очередь выступать, они выходят в ту часть зала, которая отведена под сцену, затем возвращаются обратно. Одинаковые красные галстуки, похожие пионерские формы, значки.

Дети поют. Дети танцуют. И читают прозу, декламируют стихи. Дети, родившиеся под чистым небом, они не знают войны, но... помнят о ней.

Агнеш Хонец, встряхивая волной тяжелых волос и словно устремляясь ввысь всей своей тонкой фигуркой, проникновенно читает стихотворение известного современного поэта Ласло Надя. Оно о том, что пережил в дни фашизма венгерский народ и какую радость принесли ему освободители — советские люди.

Ансамбль омской школы исполняет песню о тех, кто лишь по снимкам знает своих отцов, о тех, у кого сегодня нет дедушек. А еще звучит в песне мечта: как было бы хорошо, если бы сговорились люди всей планеты и объявили вначале — «День без выстрела на земле», потом — «Год без выстрела на земле», дальше — «Век без выстрела на земле», и наконец — «Жизнь без выстрела на земле...» Концерт идет долго, но время не замечается. И даже после того, как он окончен, веселье продолжается. Теперь уже стихийно возникли танцы.

— Как это здорово, когда вот так танцуют дети, — раздумчиво говорит, глядя на них, венгерский учитель. — Это наше счастье, что Советский Союз вот уже более тридцати лет обеспечивает мир на земле.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить