.АЯ библиотека!

Программы

Главная Документы Программы Станислав Белов

Станислав Белов

Станислав Кондратьевич Белов  Каталог выставки  ЖИВОПИСЬ. ГРАФИКА. ОмскСтанислав Кондратьевич Белов

Каталог выставки

ЖИВОПИСЬ. ГРАФИКА.

 

...Судьба С. К. Белова — художника складывалась достаточно счастливо.

Родился в семье художника — одного из известнейших пейзажистов Сибири, воспитывался в атмосфере искусства, уже в детстве познал вкус успеха — его рисунки экспонировались на всесоюзных выставках...

Потом — институт, участие в республиканских и всесоюзных выставках, членство в Союзе художников, ответственные посты в правлении омского отделения, его заведование кафедрой живописи в институте...

Да и труд его никогда не напоминал труд каторжника; работы, чаще всего именно лучшие, давались ему относительно легко, без того напряжения, когда свет становится не мил и все окружающее представляется только в темном тоне.

Но, сразу же оговоримся, эта легкость ничего общего не имеет с той легкостью, которая неминуемо ведет к поверхности и которая в конечном итоге оборачивается набором стереотипов, штампов, схем.

Легкость работы художника — иного порядка. Она вытекает из его темперамента. Имеет отправной пункт в том, что ему много было дано от природы (то, что не все данное художник реализовал, — это другой вопрос).

Она, эта легкость, постоянно питалась работой, поиском и трудом.

Об этом свидетельствует творческий путь С. К. Белова.

Начать творческую биографию художника следует с учебы во ВГИКе, которая завершилась в 1961 году.

ВГИК стал и (остался) для него родным, что, как известно, случается далеко не со всеми выпускниками вузов. До сих пор художник сохраняет признательность своим педагогам Ю. И. Пименову, Ф. С. Богородскому, М. А. Богдакову, С. М: Каманину, Е. А. Калачеву, Б. П. Яковлеву, г. А. Мясникову, которые привили ему художественный вкус, научили мастерству, вывели в большое искусство.

Результат учебы — серия гуашей по мотивам «жестокой хроники» сибирского писателя В. Зазубрина «Два мира» ( 1961 г .). Серия демонстрирует истинного выпускника института кинематографии, на это указывает тяготение в работах к монтажу, к повышенной эмоциональности изображаемого, в пределах одного листа к единству персонажей и окружения, особое внимание к атмосфере действия, к динамике композиции, контрастам масштабов и ритмов...

И недостатки серии тоже кинематографического порядка: недостаточная ценность каждого отдельного листа, эскизность, неумение четко различить границы между раскадровкой и станковым листом, слабо управляемая эмоциональность.

После окончания института тема революционного прошлого Сибири продолжала волновать автора. Видимо, в «Зазубринском цикле» реализованы были далеко не все эмоции и впечатления. Поэтому в 1967 —1968 годах появляются еще две серии на ту же тему — «Юность отцов» и «Комсомол в сибирской деревне». Отдельные листы из них были широко представлены на разнообразных выставках.

Они привлекали к себе внимание уже четкостью смыслового построения, умением выверить основное в событии. Главное в них — атмосфера происходящего. Индивидуальных характеристик художник персонажам не дает, да они для него и не существенны, поскольку события для него важнее характера.

Композиция листа всегда динамизирует действие. Любовь художника к контрастам уже упоминалась. Этому служит и другой композиционный прием, столь характерный для данных серий. Точка зрения на изображаемое берется несколько сверху, так что расстояние до первого плана и середины выгороженного пространства оказывается примерно одинаковым. Этот отрезок от нижней рамы картины и вводит зрителя в изображаемое пространство. Причем ввод этот осуществляется весьма динамично благодаря резкому перспективному сокращению линий деревянного помоста («Похороны партизана»), нагромождению бревен («Концерт»), снежному сугробу («Вступление»). Далее движение пространства нейтрализуется и замыкается чаще всего стенами какого-нибудь сооружения. Динамика композиции, темперамент письма, эмоциональность создают выразительность листов С. К. Белова.

Следующая серия работ художника — «Город в тылу» (1969— 1970 гг.) по тематике непосредственно продолжала предыдущие циклы. Правда, в замысле было нечто новое — воспоминания детства, воспоминания о годах Великой Отечественной войны в Омске. Белов здесь уже брался за материал, который был ему знаком не только по литературным источникам, но и по личным, хотя и отдаленным, воспоминаниям...

Сразу же заметим: личные интонации в листах не прозвучали. Более того, на их холодно-профессиональном фоне работы серии «Комсомол в деревне» были более живыми, непосредственными, эмоциональными.

Анализ работ С. К. Белова 60-х годов будет неполным, если не вспомнить еще одну группу произведений, посвященных северу Сибири и написанных в основном по материалам поездок в Березово и Соликамск.

В профессиональном отношении они чаще всего, а иногда и значительно, уступают уже рассмотренным. Они грешат этюдностью, случайностью композиции, излишней дробностью.

Но все-таки их значение в творчестве художника трудно переоценить. Именно в них он сталкивался с реальной натурой, не придуманной, а, именно, реальной и учился ее переосмысливать языком живописи. В них он освобождался от литературности, надуманности композиции, от некоторых своих апробированных приемов. Так, в этих работах исчезает разделение листа, на изображение и фон, отпадает необходимость выгороженной площадки для концентрации внимания на происходящем событии. А главное, в них приходит острота восприятия действительности. Все это дается непросто, и издержки здесь были неизбежны.

Начало 70-х годов для С. К. Белова — период осмысления сделанного, поисков новых выразительных средств. Его искусство становится серьезнее. Не в том, смысле, что художник переходит в лагерь рационалистов, нет, он по-прежнему больше доверяет интуиции, чем логическим построениям. Более строгой делается система отбора. Как тематики изображения, так и изобразительных средств для ее воплощения.

Художник стремится преодолеть налет наивного романтизма-качества, свойственного многим молодым советским художникам (если продолжить аналогию, то можно вспомнить и молодых советских писателей) 60-х годов.

К романтизму творчества Белова, как и подобному качеству его сверстников, нельзя относиться односторонне, со знаком плюс или минус. Конечно, слабой стороной его работ 60-х годов были общие сведения об изображаемом, отсутствие полной серьезности и глубины. Но многое из этого компенсировалось непосредственностью впечатлений, искренностью (или живостью) чувства, неподдельной эмоциональностью.

Как уже говорилось, работы Белова начала 70-х годов (серии «Нефть Сибири», 1972 г .; «Трудный хлеб», 1974 г . и т. д.) становятся более строгими. Но художник не изменяет своему темпераменту, по-прежнему сохраняя эмоциональное отношение к изображаемому.

Художник остро схватывает основное, не отвлекаясь на детали, пишет быстро и очень темпераментно. Конкретный мотив, факт интересует его не сам по себе, а только через призму определенного (границы определенного здесь широки) состояния настроения. От этого мотив обогащается, приобретает объемность. Детали лишь намечаются, не прописываются, они не имеют права на самостоятельную партию, поскольку тогда бы расширились временные границы мотива. Работы С. К. Белова не обстоятельный рассказ творца, который внимательно, неторопливо вглядывается в изображенное, методично излагая в подробностях биографию каждой детали, тем самым растягивая, почти останавливая время; его работы - остро схваченное мгновение, наиболее полно отражающее то состояние настроения, которое он хотел передать,

Попятно, в данной структуре все решает мера остроты, неожиданности в восприятии мотива и та наполненность, с какой она в работе реализуется. Это опасный метод, поскольку здесь профессионализма недостаточно и за него не спрячешься!

Метод работы С. К. Белова предопределил его выбор техники — акварель. Нетрудно понять привязанность художника к ней. Акварель требует быстрой работы, ее привлекательность в свежести, беглости впечатления, светоносности. Все это близко художнику, как близко и то, что акварель — искусство нюансов и недомолвок.

Еще недавно многие к искусству акварели относились снисходительно, видя в ней только вспомогательный материал для работ в других техниках. С. К. Белов, осваивая возможности акварели, был среди тех художников, которые утверждали ее самостоятельность и самоценность. Прежние его работы временами грешили многоцветьем, неэкономностью использования акварели: вся плоскость листа одинаково интенсивно заполнялась краской. Ударных моментов либо не было, либо было слишком много?

Последние работы художника (особенно — написанные в Великом Устюге) говорят совершенно об ином, о непринужденной свободе владения техникой, об артистизме, об использовании выразительности пятна, света, бликов, прозрачности цвета.

При этом С. К. Белов не гоняется за эффектами.

Прежде всего — образное выражение, смысловое насыщение изобразительных элементов. Теперь форма и содержание стыкуются на другом, более высшем, уровне. Так, в листе «Застолье» (1976) ритм пятен, цвет приобретают экспрессивное звучание. Группа сидящих в зале незримыми нитями связана с фоном, приобщается к чему-то высокому и значительному. Изображенный мотив преодолевает свои фабульно-бытовые границы, углубляется, насыщается сложным ассоциативным рядом.

И опять-таки это не надуманное, запрограммированное стремление к значительному, когда автор из кожи вон лезет, пытаясь цитатами или символами навязать своему произведению то, чего там и в помине нет. С. К. Белов остается верен своей манере письма, где решающее место принадлежит интуиции. Математику в искусстве он не любит, ошибок не боится, считая, что ошибки могут быть как раз той «изюминкой», которая и выражает изменчивость, текучесть жизни, ее движение.

Самые последние работы художника возвращают нас к его тематике 60-х годов. Но прежняя тема— революционное прошлое Сибири воспринимается автором по-иному.

В цикле «Годы революции» (листы «Свобода», «Передовой отряд», «Похороны», «Демонстрация», «Куломзинское восстание», все — 1977 г .) изображенный мотив преподносится и проще и значительней. И, хотя работа над серией еще не закончена, уже и сейчас наглядно видны те завоевания, которые принесло ему последнее десятилетие...

С. К. Белову 40 лет! Это для художника и не много и не мало. Просто это определенный этап в его творческой жизни...

Так что точку ставить рано...

Основные выводы — впереди...

Л. Елфимов

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить